Он же развалился на постели в эротичной позе. Хоть бы прикрылся! Хотя мне казалось, что мир будет рушиться, а я буду пялиться на его чресла с членом во главе.
— Амирайн, Серафима, меня зовут Амирайн.
Замерла. Красиво-то как! По-особенному. И как сказал же! Спокойно, очень отчетливо, словно не было ни минуты сомнения в этом всем. Просто доверил мне свою местную жизнь, и все. Внутри аж все засвербело, а на глазах едва не навернулись слезы.
— Хорошо, могу я звать тебя как-то? Чтобы не повелителькать.
— Можешь звать меня просто Мир.
Ну, да, просто Мир, просто Вселенная, от скромности не умрет и все такое. Но я внезапно стала очень-очень рада. Даже решила, что домогаться не стану его. Сегодня.
— Хорошо, Мир. А можно спросить тебя? Чего я еще не знаю про этого южного господина? Ты что-то не договариваешь.
Он тяжело вздохнул и снова напрягся. Не понимала я ничего совершенно: это ревность? Или, может, что-то, о чем я не подозреваю? Скрестила руки на груди.
— Я бы хотел спросить тебя, Сима, может, МНЕ нужно что-то знать про вас обоих, чтобы я понимал, к чему готовиться? Может, ты хочешь уйти с ним? Если так, то я не позволю. Сначала ты родишь моего сына, потому что я не сомневаюсь в том, что ты беременна от меня.
Теперь я правда ничего не понимала. Удивленно уставилась на Амирайна. Его имя очень легко легло на слух и сердце, словно всегда там и было. Разберусь с этим позднее.
— С какого мне куда-то ехать с ним?! Ты ревнуешь, что ли? А тебе не кажется…
— Нет, Сима. Это не про ревность. Это про твои кровные узы. Ты ведь тоже чувствуешь их, верно?
Я аж задохнулась от возмущения, а потом из меня весь воздух выкачали разом. Кровные узы? Я всегда умела держать лицо, если и показывала другим эмоции, то только то, что хотела, но была одна тема…
Не знаю, как почувствовал он, но Мир в одно мгновение оказался рядом и с облегчением произнес:
— Ты правда не знала. Я думал, ты поняла, что этот русал может оказаться твоим…
— Отцом…
Я произнесла это тихо-тихо. Потому что сама не могла поверить в реальность происходящего.
Глава 14. Сима
— Передумала отпускать его?
Сильные руки опустились на мои плечи. Вот гад, мне иногда казалось, что он это специально все мне подсунул, чтобы убить мое либидо. Ведь, и правда, остальные мысли покинули мою буйную головушку.
Вот уже два дня как я по-тихому скрывалась от своего сопровождения и подходила к стене из воды. Той самой, внутри которой я один раз чуть не утонула. Теперь я была умнее, не совала туда свой любопытный нос, но вода по-прежнему манила.
— Передумала к нему ходить. Ты разгреб все дела?
— Нет, конечно, но был приятно удивлен тем, в каком виде ты мне все оставила. Транспортная реформа?
— Ну, ты согласен, что ваши повозки безбожно устарели?
Позади послышалось отчетливое хмыкание. Это он еще про реформу гаремов не слышал. Руки не дошли. Облокотилась на его сильную грудь. Конечно же, нагую!
— Тебя одеваться не учили во дворце с таким количеством прислуги?
— Судя по всему, мне надо одеваться только рядом с собственной принцессой. Потому что мне досталась самая озабоченная женщина с суши на все подводное царство.
— Сам виноват. Не даешь мне сладкого, вот я и помешалась!
Мы даже почти нормально разговаривали. Не приказами и откровенным хамством, а вот так: просто и с легкими подколками. Так, глядишь, и до обсуждения погоды дело дойдет.
— Я могу действовать с ним на свое усмотрение?
Резко обернулась к повелителю. Вот умеет же русал встряхнуть, когда надо. На его лице была такая самодовольная улыбка, что захотелось двинуть. Прошипела:
— Разумеется, нет. Это мой пленник и мой… Ну, в общем не факт, но ты понял.
Пропади пропадом все это подводное царство с отсутствием тестов на беременность и генетических анализов на отцовство. Хоть собирай у этого товарища слюну и лично дуй в отечественную лабораторию.
Все же, сервис в Москве развращает. Ты даже не замечаешь, как привыкаешь ко всем благам цивилизации, и вот уже возмущаешься их отсутствию в других странах. Ну, ладно, мирах.
— Хорошо, сегодня я к нему схожу.
На самом деле, малодушно боялась. Оттягивала момент встречи, потому что Мир объяснил мне, что зов крови очень яркое чувство. Я не распознала его, потому что не знала о таком явлении, а вот мой оппонент запросто мог все сразу понять.
Но не спрашивать же его в лоб! Я не могу заявиться к нему и такая: «Здрасьте, я, возможно, ваша дочь, вы случаем не чувствуете ничего подобного?» — И все же, в моей голове почему-то была уверенность, что он не понял.