Михаил устало облокотился на столешницу и провел одной рукой по волосам, как бы сбрасывая невидимое напряжение.
– А потом я увидел тебя, когда ты спешила из лифта на свое рабочее место, боясь опоздать, – он улыбнулся, широко, искренне, видимо оживив в памяти ту ситуацию.
Я тоже вспомнила, как чуть не сбила его, выбегая из лифта и только потом меня осведомили, что это был сам Попов. Краска прилила к щекам.
– Вижу, что ты тоже не забыла, как мы познакомились, если это конечно можно назвать знакомством, – подмигнул мне он и продолжил, – ты мне понравилась и пригласив тебя на благотворительный вечер в качестве пары я думал, что наши отношения зайдут дальше, чем просто работа, но ты сбежала. Я был огорчен, но не столько твоим отказом, сколько тем фактом, что поводом оказался Гердт. В очередной раз он оказался на шаг впереди меня, и я конечно же взбесился. Рассказав Богдановой о том, что у тебя имеется личная жизнь я ничуть ее не удивил, она еще до меня была обо всем в курсе и заметив то, что я к тебе неравнодушен посоветовала увезти тебя подальше, а там на всю катушку включить свое обаяние, чтоб ты не смогла устоять. Тогда я и задумал поездку в Японию.
Я вспомнила, что действительно тогда случилась большая спешка по изучению необходимого материала и подготовке документов, а оказывается вот для чего это все было нужно. Я чувствовала, что где-то внутри закипает злость.
– Но в очередной раз ничего не вышло, – виновато улыбнулся Попов, – потому что Гердт снова бессовестно увел тебя у меня из-под носа.
– Он сделал мне тогда предложение, боясь потерять, – улыбаясь сказала я.
– Ну вот, какие у меня были шансы? – спросил он и сам же ответил, – никаких.
На минуту повисла тишина, каждый думал о своем, но вот набрав в легкие побольше воздуха Михаил продолжил:
– Богдановой тогда очень не понравилось, что я упустил тебя и еще твое желание уволиться, а потом незапланированный отпуск, когда я не смог отчитываться ей за каждый твой шаг. В общем она была в бешенстве и потребовала вернуть всю сумму, если я не придумаю, как тебя удержать. Честно признаюсь, что ее деньги я уже пустил на перспективный старт ап в сфере новейших коммуникаций и возвращать ей мне было нечего поэтому пришлось срочно придумывать как тебя удержать. Так появилось дополнительное соглашение к твоему трудовому договору, в котором я назначил тебя советником генерального директора по экономическим вопросам со свободным графиком работы и с зарплатой в пять раз больше той, которая была у тебя до этого.
Я хмыкнула. Михаил вымученно улыбнулся. Он выглядел уставшим, будто этот рассказ стоил ему невероятных усилий. Хотя скорее всего так и было, ведь изливать душу не так-то просто.
– Я ни о чем не жалел, я даже смирился с тем, что ты не моя женщина, – разоткровенничался Попов, – я был рад, когда ты согласилась со мной работать, ведь ты на удивление толковый специалист и действительно хорошо разбираешься в вопросах экономики. Так бы все и осталось, но сегодняшний разговор с Богдановой все изменил.
Голос Михаила сник на последней фразе и было видно, что он принимает в эту минуту какое-то важное решение.
– Она попросила тебя убить, Кира, – каким-то чужим голосом сообщил он мне глядя прямо в глаза.
По шее от затылка вниз пробежал холодок, и я почувствовала, как волосы на голове зашевелились от такой новости. Очень хотелось переспросить не ослышалась ли я, но горло сжало спазмом и получилось только открыть и закрыть рот.
– Я понимаю в каком ты сейчас состоянии, – глядя на меня с сочувствием проговорил Михаил, – спешу тебя заверить, что я вышел из этой грязной игры Богдановой и никого убивать не собираюсь, я ей это озвучил.
После его слов мне легче почему-то не стало, я понимала, раз она попросила об этом Попова, и он отказал, то ей ничего не стоит попросить кого-то еще это сделать.
– Я принесу воды, – встав и похлопав меня по плечу предложил Михаил.
Выпив залпом стакан, я хотя бы смогла говорить, хотя меня до сих пор потряхивало от услышанного.
– Ты знаешь, для чего ей нужно моя смерть? – поинтересовалась я у Попова.
– Нет, я не лез в подробности, изначально мне показалось забавным следить за тобой и мне платились хорошие деньги, меня это не обременяло, – признался Михаил и добавил, – но убивать кого-либо я не намерен ни за какие суммы, жить с таким грузом я однозначно не смогу.