-Где Павел?
Девушка пожала плечами и сообщила
-Сори, я донт андестенд.
За поездку было столько Русских, что я забыла, что нахожусь в Америке.
Наконец глаза привыкли, и я разглядела, что самая большая концентрация людей была возле прожекторов, окружающих кровать. Туда я и направилась. И не напрасно. Было понятно, что Павел там, где много слушателей. Так и оказалось.
Я просочилась между какой-то парой и увидела Павла. Он увидел меня и развел руками.
-Какие лица, заходи на огонек. Сообщил он.
Только сейчас я увидела, что в одной его руке находится бокал с шампанским. Он был пьян. Люди вокруг начали смотреть на нас.
-Верни мой паспорт. Сказала я Павлу.
-Да ты не переживай сказал он. Ты что так быстро собралась убежать? Выпей с нами шампанского.
-Верни мне мой паспорт. Как можно спокойнее сказала я, сдерживая гнев.
-Ты какая-то напряженная. Люба. Пойдем.
Мы отошли в сторону.
-Где мой паспорт? Спросила я уже раздраженно.
-Понимаешь, Любаша. Я оставил его в офисе.
-Чего тебе надо? Что бы я осталась здесь? Написала на тебя заявление? Это и случится сегодня если я не получу обратно свои документы. Сказала я серьезно.
-Ладно, ладно. Ну чего ты. Я же шучу, сказал Павел. Он с каждой секундой становился мне все более неприятен, и я боялась взорваться. Съездим в офис, заберем его.
Ноги подкашивались. Надо было что-то делать, но что я не понимала. Я ощутила себя такой слабой и незащищенной, что хотелось плакать. Павел со стеклянным выражением лица сидел на диване с бокалом шампанского. Я осмотрелась вокруг. Среди людей мелькнуло что-то знакомое. Это были Настя с Лешей, которые по всей видимости решили меня не ждать и поднялись наверх. Они осматривались в другом конце студии, а затем увидели меня и подошли.
Я молча показала в сторону Павла. Леша подошел и поднял того за ворот рубашки.
-Ты отдашь нам сейчас паспорт. Сказал он и поднял кулак.
-Ничего я тебе не отдам! Улыбаясь сказал Павел.
Леша с размаха ударил его по лицу, от чего тот упал на диван с разбитым носом.
-Хорошо, хорошо! Сказал он. Я всё верну. Здесь, он где-то у меня. Он вытянул руку вперед в защитном жесте и пошёл, шатаясь к столу. Во всем зале застыло немое молчание. Десятки глаз пристально смотрели за идущим Павлом у которого из носа капала на пол кровь. Он подошел к столу и приоткрыл ящик, находящийся под столешницей. Что-то блеснуло в его руке и прямо в Лешу уперся небольшой пистолет, который держал Павел.
-А теперь пошли вон из моего дома. Сказал он тихим, спокойным голосом.
Настя потянула Лешу за рукав, что бы тот не наделал глупостей. Мы отошли назад.
-Пошли вон. Сказал Павел.
Настя потянула нас с Лешей в сторону выхода.
-Пойдемте. Будем решать по-другому.
Мы вышли из квартиры. Все были подавлены и молчаливы. Я понимала, что завтра никуда не лечу. Леша отвез нас в ближайшую бургерную и взял нам кофе и какой-то еды. Мы доехали до ближайшей парковки. Оттуда открывался великолепный вид на море. Мы вышли и уселись на бетонный парапет. Таким вкусным еда мне еще не казалась никогда. С квартиры Павла мы почти не разговаривали. У всех был какой-то легкий шок. Я выпила кофе, он тоже показался мне просто потрясающим. Я встала. Настя сидела на блоке заботливо укрытая ветровкой Леши. Он приобнимал её, это было очень мило. Мы встретили закат. Надо было ехать в полицию. Другого пути уже не оставалось.
Решено было излагать одну и ту же историю, по которой Павел обманом похитил документы. Меня выслушал офицер в Департаменте Полиции Нью Йорк и при помощи Леши снял показания. К сожалению, так быстро там дела не делались и единственное, что мне подсказали, обратиться в посольство, которое открывалось на следующий день. Улететь я уже не могла. Настя тоже хотела остаться, но я запретила ей это делать. Леша пообещал, что в беде не оставит.
Сил почти не осталось. Когда мы пришли в номер то почти сразу заснули.
На утро времени совсем не было. Мы собрали Настины чемоданы и позавтракав отправились в Аэропорт с Лешей. Мы были спокойны и расстроены одновременно. Даже погода была в это утро какая-то неприветливая. С самого утра небо затянули густые облака. Мы прошли к стойке регистрации. Дальше идти нам с Лешей было нельзя. Настя расплакалась и обняла меня. С Лешей они отошли куда-то в сторону и о чем-то говорили. Я старалась не смотреть, да и не до них сейчас было. В конце, кажется, они поцеловались. Надо было заканчивать проводы. Мы еще раз обнялись с Настей, и она ушла на посадку.