- Давайте на «ты», Люда,- предложил он, не догадываясь какие тараканы шевелятся у меня в голове.- Хочу показать фото картин, сделанных по твоим снимкам. Оценишь пока так, а потом можем заехать ко мне в мастерскую, посмотрите живьем.
Вот это «заехать ко мне» произнесенное просто и легко задело больше всего. В лоб о сексе, как в том анекдоте: «Зайдем ко мне в гости на кофе? Ну, пожалуйста! У меня кофе уже полгода не было!»
- Мы вроде на брудершафт не пили,- не сдержалась я, злясь, что своими намеками он разрушил приятное, расслабленное состояние, заставил думать, вспоминать не самое приятное.
Тем более перейти с ним на «ты» - это как дать разрешение на развязность. Этого я не хотела. К Алексею меня потянуло за утешением. Один мужчина обидел, отвергая, другой утешил. Но сейчас, спустя год с хвостиком, я в утешении не нуждалась. Мне нужны были отношения. И строить их вот так я не хотела.
- Я чем-то обидел те… вас?- в голосе Саши слышалось недоумение.
Назрело выяснение отношений. Мы почти год танцевали вокруг да около главного, не решаясь его тронуть. Теперь придется говорить обо всем серьезно. Болезненно это, но необходимо. Он не отстанет, а я не умею грубо, без объяснений отшивать.
- Саша, давайте все между нами проясним сразу,- начала я, расставляя все точки над i.- Я замечаю, что небезразлична вам…
- Больше,- вставил он, перебивая.
- Что?- не поняла я.
- Больше, чем просто небезразлична,- голос у него от волнения сел.- Вы мне очень дороги, Люда… Очень.
Машина резко сбавила скорость, и свернула к обочине. По бокам царапнули ветки придорожных кустов. Я мысленно дала себе подзатыльник, наказывая за необдуманность решений и длинный язык. Видно расслабилась в отпуске так, что не соображаю. Наказанием мне будет долгий разговор с мужчиной, от которого мне нужно было только без проблем доехать до дома.
Ладно, сама заварила кашу – сама расхлебаю! Придется говорить абсолютно все и начистоту.
- Не хочу давать вам ложных надежд. Между нами ничего не может быть. Это знакомство никогда ни во что не перерастет,- сразу очень жестко отрезала я, не желая смягчать.- Мы можем остаться хорошими знакомыми – не больше.
Он не смотрел прямо перед собой, откинулся на спинку сидения, в пальцах мял пачку сигарет. Странно, что так переживал из-за всей этой ситуации. Не думала, что настолько его зацепила.
Перевела взгляд на неприятно шуршащий прозрачный полиэтилен обертки.
Не знала, что он курит. Иди это только когда нервничает? Довела мужика.
- Я вам так неприятен. Или все потому, что намного старше,- слова ему давались с трудом. Желваки на побледневших скулах ходуном ходили.
Говорить честно о себе и о своих страхах он не привык. Но сейчас старается, преодолевает себя. Неужели и в правду так дорога? А как же тогда та другая?
- Вовсе нет. Ничего такого,- качнула я головой.- У вас другая женщина. Я это знаю, не отпирайтесь. Я же встречаюсь только со свободными мужчинами. Принципиально.
Он тяжело выдохнул, не понятно от облегчения или по другой причине. Лицо не изменило своего выражения. Мое объяснение ничего не меняло. Он напряженно думал.
- Можно?- он показал на пачку, смятую в пальцах.
- Конечно,- кивнула я, открывая дверь и выходя из машины. Мне тоже не мешало успокоиться и глотнуть пока еще прохладного воздуха. Уставилась на бездонное голубое небо, зеленое поле подсолнухов, дружно повернувших желтые «тарелки» к солнцу. Несколько раз глубоко вдохнула, пытаясь успокоиться.
Зря я согласилась на поездку. Подозревала же, что у него на меня вполне определенные планы. Но это его планы, я же в любовницы к нему все равно не пойду. Психанет и бросит тут – не страшно. Я сама могу добраться до Ростова на попутке и купить билет до Москвы. Главное я сказала все, что хотела. Все, что думала. Все, что казалось мне правильным и верным. И из-за этого чувствовала себя погано. Злилась на него за неуместные чувства ко мне, которых не разделяла. Если бы он не пытался обмануть другую, как Гера когда-то меня, я бы, скорее всего, относилась к нему иначе.
Хлопнула водительская дверца. Потянуло запахом сигарет.
- Мы расстались с ней. Еще в марте,- донеслось совсем рядом. Он стоял за спиной, но прикоснуться не пытался.- И если дело только в этом…
Вот как! А ведь действительно, в марте он с опозданием поздравил меня с праздником. Почти две недели молчал. А это у него был развод. Мне же не сказал об этом ни слова – не та степень доверия. Да я и не стремилась к сближению.