Так уж устроена наша жизнь — сильнейшие и могущественные правят балом, а лишённые подобных привилегий, или же не в полной мере одарённые, вынуждены подчиняться сильнейшим и потакать их прихотям. Поджигатель — явно не обычный человек, и не рядовой маг, а значит, его родословная тянется от какого-то могущественного мага — Лорда или Господина.
Во время нашей беседы он приказал мне обращаться к нему, как к Господину. И я почему-то сразу подумала, что, таким образом, он хотел подчеркнуть своё влияние надо мной, будто бы я ничто по сравнению с ним. И только ночью мне пришла в голову мысль, а что если это не стремление к превосходству, а его титул? Титул всей его семьи, какой бы она ни была? Все министры и знатные люди носят титул Господ, в том числе и моя семья. Титул лордов обычно имеют дальние или близкие родственники королевской семьи. Что если Поджигатель окажется моей ровней? В это было сложно поверить, но это был самый разумный вариант. Я всю ночь перебирала в памяти знатные семьи Чармии и пыталась понять, к какой из них может принадлежать Поджигатель? Это же станет сенсацией года, когда правда всплывёт наружу и, как бы это не было печально, но скорее всего, тогда всю семейку Поджигателя объявят предателями королевства и лишат всех титулов. Может это не совсем справедливо, но и покрывать преступника тоже неправильно. А они, судя по всему, именно это и делают, раз за два года даже не удалось узнать истинного имени злодея. Он мне представился Господином Фэррем, но я прекрасно понимала, что имя может быть фальшивым. Было бы неплохо как-то выяснить его родовое имя, тогда бы эта загадка была бы разгадана. Или узнать, как он выглядит. Вдруг он похож на кого-то из своих родственников?
Я сомневалась, что смогу найти ответы на свои вопросы в библиотеке. Здесь я лишь рассчитывала разыскать необходимую книгу по магии, чтобы тайно начать заниматься. Я целый день провела наедине с книгами: расчищая песок и расставляя их по полкам, а книг здесь было великое множество. Я старалась не привлекать к себе внимания и надеялась, что моё нехитрое занятие останется незамеченным, но я ошиблась. Ближе к вечеру меня посетил сам Господин Поджигатель. Сначала он долго стоял в дверном проёме и просто наблюдал за мной. Я же делала вид, что его попросту не замечала, и, также не торопясь, продолжала расставлять книги по полкам. В итоге, ему надоело просто за мной наблюдать, он не выдержал и заговорил первым:
- Ищешь какую-то определённую литературу, малышка? Или просто от нечего делать решила навести здесь порядок?
Его слащавое «малышка» меня покоробило, но я не подала виду. Я просто ответила ему ровным тоном, даже не смотря в его сторону и продолжая расставлять книжки:
- Ничего определённого. Просто думаю, как бы плодотворно скоротать здесь время моего пребывания. А то сижу в четырёх стенах и смотрю часами в потолок, который к слову, совершенно не живописный. Может быть, с книгой в руках время будет идти не так медленно и скучно. Вот и присматриваю какой-нибудь интересный женский романчик на вечерок, а заодно навожу здесь порядок. Вы же, злодеи, всё время заняты своими коварными делами, и у вас совершенно нет времени на подобную чушь, как уборка. А вот я абсолютно от них свободна, и занимаюсь тем, что действительно необходимо, а не маюсь дурью, как вы.
Я очень надеялась, что мои слова разозлят Поджигателя, выведут из спокойного равновесия, ведь в злобе можно сказать и что-нибудь лишнее, что-то наболевшее, а может и личное. И это лишнее может быть полезно для меня. Но Поджигатель не особо отреагировал на мою реплику, хотя она явно его задела.
- Ты считаешь, мы маемся дурью? Я полагаю, что борьба за свободу, за новые устои и правила, борьба за новый мир должна называться как-то по-другому.
- Абсурдом, я полагаю. Ведь всё, что ты говоришь мне сейчас — называется абсурдом.
- Называй, как хочешь. Вскоре ты поймёшь, за что мы ведём свою борьбу.
Понимать я не собиралась, как и надолго здесь оставаться. Но знать об этом Поджигателю не стоило. Я никак не ответила на его фразу, просто занималась своим делом, как будто находилась в помещении одна, и никто назойливый меня не тревожил.