- Не сдерживай себя. Я хочу слышать твои сладкие стоны. - Адольф был на пределе, ему с трудом удавалась оставаться нежным. Но он был нежным, очень нежным. Он готовил моё тело к большему. К полному сливанию. Его действия не продолжились слишком долго. Оргазм словно лавина накрыл меня, лишая на секунду чувств.
Адольф встал с кровати лишая меня его тепла и прикосновений. Он торопливо снял с себя штаны и бельё, открывая мне вид на свой возбуждённый, внушительных размерах орган.
- Сейчас, будет немного больно. Расслабь мышцы, доверься мне. - удобно устроясь между моих ног, мужчина увлёк меня в сладостный поцелуй. Когда головка члена коснулась моей промежности, я задержала дыхание. Адольф аккуратно стал входить в меня, всё глубже и глубже пока не вошёл полностью. Болезненный стон вырвался с моей груди. Слёзы брызнули из моих глаз.
- Тише маленькая, всё пройдёт. Пройдёт. - нашёптывал мне на ухо Адольф. Он стирал поцелуями слёзы с моих щёк. Когда ощущения боли уменьшилось, я кивнула Адольфу, что бы он продолжил.
Движения возобновились. Боль постепенно сменялось наслаждением. С каждым толчком дыхание Адольфа учащалось, он с трудом оставался нежным. Периодически с наших губ срывались громкие стоны. Мои руки блуждали по его напряжённой спине, обхватывали шею притягивая для поцелуев. Наши тела покрылись влажной испариной, простыни измокли. Звуки страстного танца наших тел разносились по комнате, распаляя нас.
Медленные, нежные толчки сменялись быстрыми, резкими. Я обхватила ногами талию Адольфа меняя тем самым угол проникновения. Наши тела были плотно прижаты друг к другу. Кожа к коже. Как можно глубже, ближе, острее. Адольф был на пределе, но он всеми силами откладывал нашу кульминацию. Пронзительный, полный блаженства стон и гулкий, звериный рык огласили ночную тьму. Мы достигли вышей степени удовольствия вместе. По моему телу играли мурашки, ноги дрожали, сердце бешено стучало в груди.
Придя немного в себя, Адольф ловко перевернулся на спину, притягивая меня к себе. Я положила свою голову ему на плечо. Мои пальцы заиграли по его широкой груди. Его руки гладили мои руки, плечи. Адольф нежно заправил мне за ухо измокшую прядь волос.
- Это было потрясающе, девочка моя. Ты потрясающая! - заурядные, длинные фразы нам были никчему. Касания и поцелуи были важней любых слов. Мы нежились в объятиях друг друга до самого рассвета, пока крепкий сон не одолел нас.
12. Отныне и навсегда
Адольф
Любовь... Что подразумевает это слово? Годами раньше, я считал что любовь это миф. Сказочная эмоция которую я никогда не чувствовал. Ни в какой материальной форме. Я не чувствовал родительскую любовь, дружескую любовь или тем более романтическую любовь.
Моя семья, не была идеальном образцом счастливой семьи. Даже наоборот. Мой отец, Алоис Гитлер был истинным тираном. Он часто избивал мою мать Клару, обижал мою младшую сестру Паулу, а меня... Меня он презирал больше всех. До меня у моих родителей были ещё дети. Оба умерли от дифтерии в младенчестве. Я был третьим ребёнком. Таким желанным, ведь отцу был нужен наследник по крови иначе он потерял бы всю свою богатство, да и влиятельность. Семья без детей не жаловалась в те года.
Но я родился совсем не похож на своего отца. Заподозрив мою мать в измене, он тотально изменился. Вся его любовь угасла. Жестокость же возросло. Он унижал меня, избивал за любую погрешность. В возрасте 10 лет, я застал ссору родителей. Отец как всегда начал избивать мать и я решил заступиться.
Неразборчивое бормотание и мужской грубый голос были слышны с порога огромного особняка семьи Гитлера. Маленький Адольф, несмелыми шагами приближался к гостиной откуда и были слышны ужасные звуки. Его родители снова сорились, но на этот раз что-то пошло не так.
- Как ты могла? - голос отца принял рычащее нотки. Он был пьян. Адольф знал, что в таком состояний его отец был готов убить всю свою семью.
Клара полулёжа на полу пыталась всеми силами защититься от обезумевшего мужа.
- Я... - Алоис вновь замахнулся смачно ударив по лицу раскрасневшую от слёз женщину. Какой по счёту был этот удар за их брак? Невозможно определить.