- Вы так молода, но успели за несколько месяцев покорить берлинскую прессу. Это настоящий успех! Я вами восхищаюсь, дорогая... - в разговор вклинился редактор:
- Господин Фрейслер, хочет дать нашей газете интервью и по его просьбе, ты Ева будешь его вести.
- Моя политическая карьера началась бок о бок с нынешнем правителем Адольфом Гитлером. Я пришёл в НСДАП, когда он едва сформировался, но уже подавал надежд. Мы были очень похожими с Адольфом. Разделяли одни и те же политические идеи. Верили в окончание токсичного влияния старой власти на людей. Но когда это свершилось и Адольфу удалось стать канцлером, всё изменилось. - я поглощала информацию, которую предоставлял мне Роланд, не забывая уточнять некоторые нюансы.
Это уже наша третья встреча. После неё, я надеюсь сгладить все углы рассказа и начать писать статью. Хотя Роланд настоятельно рекомендовал мне не торопится, я всё же не могу оставить работу незаконченной. Это моя первая статья интервью и она должна получится на отлично. Разочаровывать читателей, редактора и тем более самого Роланда я не хочу.
На протяжение всего времени нашей работы с Роландом, я задавалась вопросом почему он выбрал меня? Из стольких талантливых и опытных журналистов он выбрал именно меня, а никого другого. Меня распирало любопытство, но не решилась спросить на прямую у Роланда. Такой шанс на возвышения карьеры, я упустить не могу из-за моих страхов и подозрений.
- Но всё же, несмотря на вашу дружбу и идентичные взгляды на политику, ваши пути разошлись. Можешь мне рассказать почему? - наш разговор с самой первой встрече принял нотки фамильярности. Мне было комфортно разговаривать с Роландом. Обычно, я держалась на тактичном расстояний от всех политиков, но почему Роланда я восприняла как друга. Как бы это абсурдно не звучало учитывая, что мой лю... мужчина его главный политический враг.
- Мы оба стремились вершить справедливость. Изменить застаревшие устои, но когда речь дошла до политики расовой дискриминации, я понял, что нам не по пути. Изобразит евреев виновниками всех постигших Германию бед было выгодно, но бесчеловечно. - его слова поражали меня. Мы с Роландом разделяли некоторые взгляды и беседы с ним предавали мне уверенности, что политика Адольфа не такая безобидная как выгладить на первый взгляд. Я записывала все заметки в блокнот, с внимательностью выслушивая каждое слово Роланда.
- Моя мораль не позволила мне остаться рядом с такими как Адольф, возомнившими себя господами чужих судеб. Я решил начать новый путь более достойным... - настойчивый стук в дверь прервал рассказ Роланда. Я была так погружена в рассказ, что вздрогнула от резкого звука.
- Прошу прошения. Я никого не ждала, сегодня. - мне было неловко перед Роландом. Назначая встречу, я уточнила что свободна, а теперь...
- Не беспокойся! Иди лучше открой дверь, а то пробьют. - Роланд с доброй усмешкой смотрел на меня. Улыбнувшись в ответ, я ушла открывать дверь.
Какое было моё удивление, когда за дверями оказался Адольф. Обычно, он всегда предупреждал меня о приходе. Я не ожидала, что именно сегодня он решить повидаться со мной. Осознание того, что в гостиной сидит ничего не подозревающий Роланд, повергло меня в настоящею панику. Как объяснить Роланду, что делает у моего порога сам правитель Германии?
- Адольф, ты... - вид Адольфа не на шутку перепугал меня. Запыханный, с взъерошенными волосами и помятой одеждой, он с горящими от радости глазами прижал к себе, крепко сжимая в объятиях. Его руки лихорадочно гладили мою спину, вжимая моё тело как можно ближе. Нехотя, я освободилась из его тёплых объятий. Мне стоить немедленно предупредить его о госте, но едва я хотела что-то проговорить как Роланд вышел в прихожую.
- Ева, дорогая, кто там? - услышав голос своего оппонента Адольф отпрянул как от удара. Тем временем, Роланд подошёл ко мне вплотную, чтобы рассмотреть ночного посетителя. Я почувствовала на своём плече его ладонь. Он приобнял меня за плечи, чтобы отодвинуть в сторону от проёма дверей. Этот довольно интимный жест, не ускользнул от внимательного взгляда Адольфа.
Взгляд Адольф потемнел. В нём плескались злость вперемешку с ревностью. Желваки заиграли на его прекрасном лице, а ладони сжались в кулаки.
- Что ты здесь делаешь? - его голос был устрашающе холодным. Но Роланд не обратил на это ни малейшего внимания, а зря...