Всё же, я сумел вырваться довольно рано от работы и добраться до дома до прихода Евы. Но, дома меня ждал неприятный сюрприз. Едва я зашёл за порог, как на меня обеспокоенно налетел Зигмунд. Он должен был меня встретить, а после уйти по своим делам, но кажется что-то пошло не так...
- Господин Адольф, там... - не успел он проговорить, как за его спиной возник женский, знакомый силуэт.
- Привет, дядя. - Гели... Сердце обеспокоено забилась в грудной клетке.
Если Ева застанет нас вместе, а скорее всего так и будет, мне придётся рассказать ей свою постыдною тайну. Но отложить этот разговор с Гели, я не могу. Давно пора поставить "все точки над и" в наших взаимовыгодных отношениях. Отношения... Как давно это было. И как неправильно. Я воспользовался наивной любовью Гели, много лет назад. Я соблазнил её, лишил невинности, но моя страсть к ней угасла почти сразу же.
Но любовь её ко мне, с годами только укрепилась, стягивая в тиски мою совесть. Если Гели была бы мне неродной, я бы не переживал на её счёт, ведь она прекрасно знала, что серьёзных отношений я не хочу, а чувств к ней не испытаю. Ангелика же была моей племянницей, мой кровиночкой. Сестрица та моя, никогда не простить мне такой проступок. Я испортил её дочь. Я, её родной дядя...
Медленная музыка, приятно ласкала уши присутствующих на торжестве бракосочетания Генриетты и Бальдура. Мужчины и женщины кружились в танце в такт музыке, смеясь и веселясь. Адольф, сумевший вырваться из плена порочной девицы, стоял спиной к танцующим поглощая стакан шампанского. Он не позволял себе много алкоголя, но затушить пожар ревности, сжигающие его внутренности при одном взгляде в сторону Евы, был способен только такой напиток.
Его милая, невинная Ева, находилась в компаний двух молодых мужчин. Одного из них он смутно знал. Это был сын Генриха, интеллигентный молодой человек, разделяющий отцовские взгляды на политику. Другого, он не знал. Красивый, высокий, хорошо слаженный. Паренёк отлично смотрелся рядом с его Евой и это сводило Адольфа с ума.
- Здравствуй, дядя. - голос, прозвучавший за спиной, произвёл эффект раската грома. Мужчина даже вздрогнул от неожиданности.
- Гели? Не ожидал тебя здесь увидеть. - молодая девушка, одетая в длинное, чёрное платье с большим разрезом на груди, улыбалась ему во все 32 зуба.
Она была красива. Её тёмные волосы складывались в короткую, элегантную стрижку. Глаза были глубоко зелёного оттенка с карими прожилками. Лицо украшали пухлые губы и маленький, аккуратный нос. Но всё равно она не была красивей Евы. Гели не могла похвастаться аристократичными скулами или высоким ростом. В глазах Адольфа, Ева олицетворяет богиню Афродиту из древнегреческого эпоса. И не только в его глазах...
- Потанцуем? - отказать племяннице Адольф не мог. Но в скором, он пожалел о своём решение, ведь поймал на себе, разочарованный взгляд Евы. Хотя ему нравилось провоцировать её, но перегибать палку не хотел. Тем более, Гели слишком интимно к нему прижималась, надеясь на продолжения вечера. Эти вольности с её стороны, он должен был пресечь давным давном. И он это сделает, обязательно.
Ранить Гели, я не хотел. Но когда в нашем разговоре сплыла Ева, мне снесло крышу. В глубине души, я понимал, что эта ошибка аукнется мне в будущем, но что поделать? Слишком поздно чего-то изменить. Единственное что я могу сделать это придумать дельное оправдание перед Евой. Она меня не поймёт. Её моральные принципы слишком высоки, чтобы принять инцест. Что я натворил? Если Ева охладеет ко мне, я себя не прощу. А она может охладеть ко мне по две причины и две моей ошибки: инцест и грубое расставание с молодой, наивной девушкой. Бумеранг женской солидарности.
20. Тёмные облака
Адольф
Ужин проходил в напряжённой атмосфере. Гнетущая, звенящая тишина нагнетала нас обоих, но ни один из нас не решался начать разговор. Ева всеми силами избегала моего взгляда. Она старалась не смотреть на меня, опустив глаза в свою тарелку, но я часто ловил на себе её взгляд. Мне было так страшно увидеть в них неприязнь, отвращение или ещё хуже ненависть. Но кроме осуждения и лёгкого раздражения, я не улавливал ни одной эмоций.