***
Используя все свои скудные, но довольно полезные связи, я узнала адрес Роланда и немедленно отправилась к нему. В моей отчаянной голове, зародился план по устранению всего этого безумства, ну или, хотя бы его украшения. Как говорили древние "всякая толпа похожа на море: его могут всколыхнуть и лёгкий ветерок, и ураган". Я намеревалась быть лёгким ветерком. Стоить несколькими словами посеять сомнения в сердца людей, и вспышка волнений с трудом угаснет. Но для этого мне нужна помощь толковых и имеющих опыт в этом трудном деле людей.
Роланд жил в довольно респектабельном, но всё же далековатым от центра районе. Нацепив на себя самые неприметные одеяния: кремовую, отепляющею блузку, серую, клетчатую юбку ниже колен и чёрный длинный плащ с выразительными пуговицами, я умчалась к заданному адресу. Адольф, как всегда, уехал по работе, так что придумывать ответы на его вопросы мне не требуется. Хотя в глубине души, лучше бы он меня расспрашивал, нежели пренебрегал. Ну ладно, не пренебрегает, он просто не отвечает на нужные мне вопросы. Неужели он меня в чем-то подозревает? Нет, слишком рано об этом думать. Никаких действий, я ещё не предпринимала, так что обвинить меня в измене он не может. Мне не нужно впадать в панику, иначе я растеряю весь свой боевой дух. И это мне крайне не на руку!
Отпросится от работы мне не составило труда. Господин Вебер приболел, оставив на мне заботу об редакции. Так что сказав коллегам с самого утра, что отлучусь на пару часов ради великолепных кадров наступающей осени, я без зазрений совести оставила Ральфа за главного. Ложь во благо. Но всё же для прикрытия, пока проходила по центральному парку, я сделала пару фотографий. Начало сентября, одела природу Берлина в золотые одежды. Пожелтевшие листья деревьев, устилали словно дорогой ковёр тропинки парка. Свинцовые тучи надёжно укрыли солнце, закрывая её надёжно в ловушку холода до самой весны. Лишь редкие лучики пробивались, радуя глаз великолепными переливами цвета.
Погода сегодня была прохладной, наверняка к вечеру пойдёт, так надоевший мне дождь. Мне никогда не нравилась осень. Она всегда навевала мне меланхолию и грусть. Имена осеню, я осознаю, что также как проходят времена года, проходят и моя жизнь. С каждым годом она из цветущей, яркой весны, превращается в пасмурную, унылую осень. Думаю, понимание своего не долголетия и даёт мне сейчас сил для борьбы с Адольфом. Если сейчас, пока у меня есть нужная энергия и здравый ум, я не попробую что-то изменить, тогда, когда?
Прибыв к нужному мне дому, я огляделась по сторонам. Узкая улица была совершено пуста, но меня не покидало ощущение, что за мной пристально следят. Медленно поднимаясь по ступенькам ухоженной террасы служившая крыльцом, меня одолевали сомнения. Если план не удастся и про нас узнает Адольф... Я отгоняю эти мысли прочь, как назойливую муху. <<Не паниковать!>> причитала я себе как мантру. Протяжно позвонила в звонок и стала ждать. Секунду, две, двадцать... но никто мне не спешить открывать.
Я позвонила ещё раз. И ещё. Мало ли что? Может быть ещё спит? Молодой холостяк, непонятно чем занимался всю ночь. Я могу его понять. Но всё же на часах десять утра. Я как узнала его адрес, хотела умчатся к нему, но всё решила обождать резонный час. Слишком уж у меня острая нужда с ним пообщаться.
Помявшись с минуту на террасе, я решила уходить. Стоить принять за знак, то что мне не открывают. Мне высшие силы ещё дают шанс опомнится и не совершать роковую ошибку. Но, за дверью раздаются торопливые шаги. Заспанное, усталое лицо Ральфа, показывается из проёма. Нахмуренные брови, сразу разглаживаются, разгневанный взгляд, сменяется приветливым, а сжатые в тонкую полоску губы, расплываются в тёплую улыбку.
- Здравствуй, Роланд. Мы не могли бы...? - мужчина бесцеремонно меня перебил.
- Ева! Как я рад тебя видеть! - Роланд широко распахивает передо мной двери, приглашая в свой дом. - Проходи быстрей, на дворе холодина. - пока я ждала его появления, погода испортилась окончательно. Дождь, вот-вот начнётся. Я прошла в дом, ненавязчиво осматриваясь.
Дом Роланда был небольшим, но достаточно уютным для пристанища холостяка. Убранство не было роскошным, но выбранной со вкусом. Гостиная, в которую привёл меня Роланд, уставлена светлой, деревянной мебелью. Она освещается хрустальным светильником, а также естественном светом, исходящим от двух огромных окон обрамлённые нежно персиковыми шторами. Напротив, каменного камина стоит стул качалка, а рядом с ним маленький невысокий столик на котором покоются несколько книг и не выпитая до конца чашка чая.