В какой-то момент мы вновь оказались вдвоём с Вольфом. Куда дядя удалился я не могла понять. Вольф вновь обратил на меня своё внимание. Я больше не рассматривала его, попивая свой чай, но я чувствовала физически его взгляд. Он делал то же самое что и я несколько минут назад. Рассматривал меня с головы до ног.
- Вы очень красивы, Ева. - от его хриплого голоса на моей коже выступили мурашки. Я была одета закрыто, но чем вызвала в нём возбуждение было загадкой. Его голос был хриплом от желания, а в глазах появился огонёк страсти. Я неуверенно улыбнулась ему, принимая комплимент.
- Уже поздно. Не хотите я вас подвезу до дома, а вы по дороге расскажите мне о своей работе? - я на мгновения погрузилась в раздумья. За кого он меня принимает? Думает я какая-то легкомысленная дурочка садится с незнакомцем в одну машину?
- Благодарю за приглашения, господин Вольф, но мой дом находится очень близко к работе и тем более мне нравятся пешие прогулки. - огонёк в его глазах померк также как его предвкушающая улыбка.
- Ну тогда...я в Мюнхене пробуду ещё пару дней, обязательно встретимся вновь. И ещё, зовите меня просто Вольф. - я неуверенно кивнула ему. Он поднялся с своего места так же, как и я, взял мою руку в свою и поцеловал, после с неохотой её нежно отпустил и направился к двери. Не успел он дойти до неё как в кабинет вошёл дядя.
- Уже уходите? - он бросил на меня непонятный взгляд.
- Да, уже поздно, а мне ещё нужно уладить некоторые дела. - мужчины вышли в коридор, прощаясь.
Я облегчённо выдохнула. Я была совершено без сил после недолгой беседой с Вольфом. Он как будто гипнотизирует взглядом, высасывая жизненные силы. Что-то тревожило меня по отношению к этому мужчине. У меня была отлично развито интуиция и в этот момент она подсказывает держатся как можно дальше от незнакомца.
Вскоре Генрих влетел в кабинет закрывая за собой дверь и прижимаясь к ней спиной. Он выглядел взволновано, но улыбка не покидала его лица.
- Ева ты знаешь кто это был? Кому ты отказала отвести тебя домой? - он смотрел на меня как на провинившегося ребёнка.
- Нет! Я не знаю кто этот мужчина. - он закатил глаза и последовал к своему месту за столом.
- Это был сам Адольф Гитлер! Как ты могла его не узнать? Ты ведь будущая журналистка у тебя должен быть наметен глаз. Или ты слишком на него засмотрелась? - мои брови вскочили вверх, а глаза расширились до предела. Гитлер, канцлер Германий, был в паре шагов от меня, а я его не узнала? Я возмущённо посмотрела на дядю.
- Он совершено не похож на человека из фотографий! - дядя по-доброму рассмеялся.
- Он здесь инкогнито. Кажется, его маскировка сработала идеально. - меня сразу осенило.
- Поэтому он был таким подозрительным? Я сразу поняла, что с ним что-то не так! - я посмотрела на улыбавшегося дядю и то же рассмеялась. Мой взгляд упал на настенные часы.
- Уже восемь часов? Родители будут волноваться. Мне пора! - я выбежала из кабинета под крики дяди.
- Я провожу тебя! - он стал быстро одевается.
- Не нужно, я дойду сама! - что сегодня за день такой? Все хотят меня проводить. Дядя не стал меня слушать. Он предварительно потушил свет и запер замок на двери. Мы в вдвоём направились к моему дому.
- Я должен поговорить с твоим отцом, а твоём переезде в Берлин. - я предвкушающе улыбнулась. Скоро меня ждёт новая жизнь.
3. Желание
Адольф
Мюнхен встретил меня летней погодой. Для человека, привыкшего жить в пасмурную погоду Берлина, осенние солнце придавала сил. Моя поездка в Мюнхен должна продлится три дня после чего я уеду обратно к своим обязанностям. Я желал отдохнуть от суеты столицы и побыть в одиночестве.
Мой верный друг и союзник Генрих Гофман должен ждать меня у своей фотостудий что бы обсудить деталей его переезда в Берлин. Зарождающиеся план в моей голове, должен принять материальную форму и для этого мне нужны надёжные люди, которые будут стоять горой за мои идеи.
Генрих при встрече показался мне очень подозрительным, как будто я пришёл не в благоприятный момент. Когда я вошёл в главный зал его студий понял почему. Молодая девушка стояла ко мне спиной, на высокой лестнице и ставила на библиорафт альбумы. Её длинные волосы переливались на свете, а стройная фигура манила к себе. Когда она услышала своё имя и перевернулась ко мне лицом, я на мгновения потерял дар речи.