Он кивнул, молча. Уткнулся носом в мои волосы.
– Но пока ты со мной?
– Да.
* * *
Потом, ночью, мы лежали под звездами во дворе. Принесли покрывала, постелили на травку, чтобы теплее. Обнявшись, я положила голову ему на плечо, он держал мою ладонь, осторожно поглаживая пальцы.
– Знаешь, я думаю, наши игры с отцом зашли слишком далеко, – говорил Тэд, глядя в небо. – Я всю жизнь хотел жить самостоятельно, доказать ему и всем, что смогу, что мне не нужна его поддержка и его деньги. А он всю жизнь пытался убедить меня, что я делаю ошибку. Ведь если овца отбилась от стада – ее надо вернуть. Возможно, вначале он делал это потому, что хотел добра для меня, считал, что я совершаю ошибку, что я молодой идиот, и мне надо помочь. Потом… это уже дело принципа. Он не отступит, я не отступлю, и это уже война. Все средства хороши.
– Нельзя применять магию вот так.
– Нельзя, – согласился он. – Но все прекрасно понимают, что я не пойду с этим в полицию. Это значит, расписаться в собственной беспомощности. Да и доказать будет невозможно, у отца всегда лучшие адвокаты… Что я докажу? Я должен сам. Совсем недавно это была только наша война, между нами. А тут позвонил Гарри и я… Знаешь, я впервые заговорил об этом вслух с кем-то еще. Попросил у Гарри помощи. Потому, что сам я не справлюсь, но и сдаваться тоже не хочу. Рассказал Мелиссе… нет, ей, конечно, рассказал не все, но она маг, у нее много знакомых в этой области, и она может что-то подсказать. Я обратился к детективу.
– У тебя есть какие-то идеи?
– Есть. Не знаю, пока это только предположение, но… Я хочу узнать больше о Нике Левински. Мы были друзьями… По крайней мере, мне так всегда казалось. Мы служили вместе, а после Шарукана он внезапно исчез. Даже не просто исчез. Он прислал мне открытку, с поздравлениями к помолвке… без обратного адреса. Не могу сказать, что именно насторожило меня, но что-то не так. Мне даже показалось, что он хочет о чем-то предупредить.
– Ты думаешь, он что-то знает?
Почувствовала, как Тэд вздыхает. Хмыкает задумчиво.
– Я думаю, он работает на моего отца. По крайней мере, работал. Возможно, уже получил свое… Это ведь он убедил меня вернуться. С самого начала говорил о том, что я не прав и совершаю ошибку, мое место не здесь. Нет, особо не настаивал, но при каждой удобной возможности осторожно напоминал об этом. Мы вместе попали под тот обстрел и тот завал, и потом.…
Тэд замолчал, напрягся. Я не торопила.
– Он говорил, что у него есть жена и трое детей. Дочке пять лет и два пацана, близнецы, совсем маленькие. Говорил, ему очень нужны деньги, именно поэтому он здесь, пошел в армию по контракту, потому что это единственное, что он умеет, а семью надо кормить. Он показывал их фотографии. И, вместе с тем, Ник был отличным другом, и не раз спасал мне жизнь, прикрывал мне спину. Я вечно лезу, куда не стоит, а он…
Замолчал снова. Непростая тема, и я, кажется, что-то начинаю понимать.
– Когда ты просил отца о помощи, – сказала я, – ты просил для него? Хотел спасти этого Ника.
Тэд ответил не сразу. Пару минут я просто лежала и слушала его дыхание.
– Да, для него, – сказал, наконец. – Нику сильно придавило ноги. И мне сказали, что сделать уже ничего нельзя, слишком много времени прошло, слишком сложная травма, раздроблены кости, только ампутировать. Он останется инвалидом… если вообще выживет, и… что тогда будет с ним? С его семьей? – Тэд чуть судорожно вздохнул. – Понимаешь, я никогда не стал бы жалеть о том, что обратился за помощью ради него, что променял свою свободу на чью-то жизнь. Я сознательно сделал бы это, даже если бы был уверен, что Ник работает на отца и послан охранять меня. Потому что он сам не раз рисковал жизнью ради меня. Несмотря ни на что, он хороший человек. Но я хочу знать правду.
Я кивнула, погладила его ладошкой. Правда – это очень важно.
– И еще… то, почему я впервые начал сомневаться, – сказал Тэд. – Когда нас уже привезли в Люфф, и мне должны были делать операцию найденные отцом врачи, я видел Ника в коридоре. Меня везли в операционную, а он стоял там и разговаривал с кем-то… Просто стоял… Мне сказали потом, что показалось, не может быть. Но я уверен. Только вот человек, у которого раздроблены кости, так быстро встать на ноги не может, – он вздохнул снова. – А потом я больше не видел его.
Тэд сказал, что хочет найти Ника и потом решить. Дело даже не в том, что он хочет найти повод снова сбежать и влезть в какую-то новую самоубийственную дурь. Хватит бегать.