По сравнению с ним она чувствовала себя... холодной. Ну, по сравнению почти со всеми, она чувствовала себя холодной. Как будто вся любовь и чувства, которые без труда приходили к другим людям, были мертвы внутри нее. И слова Джоэла усилили это чувство в десять раз.
— Хорошо, последний вопрос, — ее голос был хриплым, поэтому она попробовала еще раз. — Последний вопрос. Что ты помнишь о причине нашего расставания?
На этот раз его улыбка была вынужденной.
— Ну... это просто. Я хотел жениться. А ты нет. Парень определенно не забудет, как его отвергли на публике, когда он стоял на коленях.
Эмма сдержала дрожь. С трудом.
— Я должна была это спросить, — сказала она, чувствуя себя глупо. — Я имею в виду, я пытаюсь, чтобы вопросы для интервью были одинаковыми для всех, так что это не то, чтобы я хотела добавить...
— Эмс, — он наклонился вперед и улыбнулся. — Прошло несколько лет. Я сказал, что не забыл, но это не значит, что я не исцелился. Я обещаю, что не выброшусь из окна на этом невероятно высоком этаже, на котором ты живешь.
Она кивнула в сторону его почти пустого стакана с виски.
— Еще?
— Нет, мне хватит. Что еще тебе от меня нужно?
Она покачала головой.
— Ничего. Как и обещала, это было коротко и мило. Мне нужно было всего пять минут. Но если ты хочешь что-то еще добавить...
Он выдержал ее взгляд.
— Я много чего хочу добавить. Но ты ничего не хочешь услышать.
И затем он встал, осушил остатки своего напитка, прежде чем отправиться на кухню и аккуратно поставить стакан в раковину. Она не помнила, чтобы он был таким аккуратным, когда они были вместе.
— Спасибо, что пришел, Джоэл, — сказала она, положив свои записи на журнальный столик и вставая. — Я знаю, что это было нелегко.
Он пожал плечами.
— Признаюсь, моей первой реакцией было сказать «нет», но потом я понял, что мне нужно что-то сказать тебе.
Эмма сглотнула.
Он сцепил руки за головой и посмотрел на потолок, словно подыскивая нужные слова.
— Я хотел сказать, что мне жаль, — сказал он.
Она моргнула. Это не то, чего она ожидала.
— Прости, что устроил сцену той ночью. И конечно прости, что оставил тебя одну со счетом. Но в основном... Я сожалею, что попросил тебя выйти за меня замуж. Я имел в виду это, когда сказал, что ты сделаешь меня самым счастливым человеком на земле, но я знал — я знал — что я не тот, кто может сделать тебя счастливой. Но я все равно попросил.
Он посмотрел вниз на прилавок.
— Это было эгоистично с моей стороны. И мне жаль.
Эмма застонала.
— Джоэл, ты до смешного хорош. Ты ведь знаешь это, да? Раздражающе хороший парень. Тебе не за что извиняться.
— Даже за счет в ресторане? — спросил он с улыбкой.
— Ладно, да, шампанское за двести долларов было не совсем в моем бюджете.
— Ну, я бы сказал, что я твой должник, но я смог вернуть только пятьдесят процентов стоимости обручального кольца, так что... — он подмигнул.
— Квиты? — сказала Эмма, провожая его до двери.
Он снял пальто с крючка и перекинул его через руку, пока она открывала дверь.
Он шагнул в коридор, затем повернулся назад, его широкое тело заняло все пространство в двери.
Улыбающиеся глаза Джоэла на мгновение стали грустными, когда он посмотрел на нее сверху вниз, его улыбка превратилась во что-то похожее на удовлетворение. Как будто он знал, что они видят друг друга в последний раз, и смирился с этим.
Двумя пальцами он наклонил ее подбородок к своему, а затем мягко прижался губами к ее губам. Задержался лишь на секунду, прежде чем отстраниться.
— До свидания, Эмма. Надеюсь, ты найдешь то, что ищешь. Или избавишься от того, что тебя преследует.
Джоэл отвернулся, кивнув с тихим пожеланием спокойной ночи человеку, который только что подошел к соседней квартире.
Кэссиди.
Кэссиди коротко кивнул уходящему Джоэлу, но его глаза не покидали Эмму. Его выражение лица ничего не выдавало, но Эмма знала, что он все видел. Видел поцелуй.
Она подняла подбородок, отказываясь чувствовать себя смущенной или виноватой.
Он отпер свою дверь и вошел в квартиру. Дверь закрылась без единого слова, произнесенного между ними.
Эмма закрыла свою дверь и несколько мгновений стояла, не двигаясь.
Затем она прислонилась лбом к двери и закрыла глаза. Прощальные слова Джоэла эхом отдавались в ее ушах.
Надеюсь, ты найдешь то, что ищешь. Или избавишься от того, что тебя преследует.
Это был хороший совет.
Но что, если то, что она искала, и то, что ее преследовало, было одним и тем же?
Глава 16
Мало что Алекс боялся больше, чем еженедельных встреч с командой Шпильки. Не потому, что они не были группой компетентных, целеустремленных и проницательных женщин. Во многих отношениях эти дискуссии мало чем отличались от его еженедельных встреч с командой Оксфорда.
Но темы обсуждения?
Были болезненные. Чрезвычайно болезненные.
— Мистер Кэссиди? — спросила одна из застенчивых девушек с другого конца стола. Кристен? Кирстен? — Есть мысли о том, в каком направлении вы хотите двигаться?
Чёрт. Он отключился. И даже не в рассеянном виде, а в том, в котором человек позволяет мозгу блуждать, потому что у него просто нет мнения о тампонах, видах йогурта или лаке для ногтей цвета морской волны.
— Я доверяю твоему мнению, — сказал он, одарив миниатюрную блондинку уверенной улыбкой.
Он был почти уверен, что услышал фырканье со стороны секции «Отношения». Большинство остальных членов команды Шпильки, казалось, были либо в восторге от его присутствия, либо смущены им, но Грейс, Райли и Джули выглядели забавными. За его счет.
Что касается Эммы... трудно сказать. Она вела себя как обычно, с каменным лицом.
Так было с той ночи, когда он застал ее целующейся со своим бывшим парнем. Пальцы Алекса сжались на его ручке, и он переключил свое внимание на ее конец стола.
— Что насчет вас четверых? Как продвигаются дела с декабрьскими статьями?
— Отлично! — сказала Грейс. — Статья на тему «Рождественские Подарки Которыми Он Действительно Будет Пользоваться» уже почти готова, хотя писать ее в октябре было сущим мучением.
Алекс рассеянно кивнул. Было странно обсуждать Рождество в октябре, но такова была природа журнальной хронологии.
— Рай?
— Ну, раз ты не позволил мне написать «Организация Секса Под Рождественской Елкой», я решила написать о «Праздничном Белье». Нашла лифчик с маленькими пряничными человечками на сосках.
Алекс поморщился.
— Есть инструкция по сексу под елкой? — спросила Эмма. — Разве ты не делаешь это просто так?
Райли терпеливо посмотрела на нее.
— Четыре слов: сосновые иголки в заднице.
— Господи, — пробормотал Алекс. — Джули, как твоя статья?
— Ещё не начата, — сказала она с наглой ухмылкой. — Я выхожу замуж через две недели. Я расставляю приоритеты. Но всё будет сделано.
Он щелкнул ручкой.
— Освежи мою память по поводу своей темы?
— «Виживание В Семье Мужа».
— Исходя из личного опыта? — спросила Райли.
Джули вздохнула.
— Мама Митчелла планирует все заранее и настаивает на позировании перед рождественской елкой. Она купила мне красную повязку. С блестками.