Он побежал к телефону. Каждый раз, когда он клал трубку, телефон начинал звонить снова. Каждый раз, когда он звонил, снаружи доносился грохот очередного взрыва. Я провел пальцами по шраму на ее ладони.
— Поторопитесь, господин комендант, пока еще не поздно!
— Еще не поздно договориться. По крайней мере, мне так кажется, — разглагольствовал мерзкий толстяк, сидящий за столом напротив меня. — Предлагаю вам сделку. Вы компенсируете мне затраты времени, которое я ухлопал, гоняясь за вами, а я даю вам возможность улизнуть.
— Вам нужны деньги?
— А вы и вправду догадливы. Мне нравится, когда меня понимают с полуслова. Эй, милашка, подай-ка сюда еще кофе.
— Сколько? — спросил я.
— А сколько у вас есть?
— Откуда вы взяли, что у меня вообще есть деньги?
— Я знаю, кто вы такой, — ответил толстяк. Официантка наполнила его чашку и презрительно посмотрела на него, когда он выхватил у нее из рук мою тарелку с недоеденным завтраком и поставил ее перед собой. Он запихнул остатки яичницы себе в рот. Официантка укоризненно покачала головой и отошла. Он снова уставился на меня.
— Я знаю, чем вы занимались в недавнем прошлом.
— Вы не можете ничего знать, — сказал я. — Вас там не было.
— Там был мой напарник. Он много чего мне порассказал.
— Ваш напарник? Интересно, о ком идет речь?
— Послушайте, я не в настроении играть в прятки. Мне нужна сумма, которую обещают за вашу голову.
— Какова бы ни была эта сумма, у меня ее нет, — сказал я, раскрыв кошелек и продемонстрировав ему его содержимое. — Вот все мои деньги.
— Шестьдесят долларов?
Он макнул мой тост в кофе и запихнул его себе в рот.
— Возьмите деньги у своей женушки. Она из богатой семьи.
— Ее семья все потеряла в войну.
— Все вы так говорите. Но я-то знаю, что у вас есть деньги. Так что вам придется раскошелиться.
— Даже если бы у моей жены были деньги, хотя, повторяю, это не так, я не мог бы их получить. Мы расстались. Мы больше не живем вместе. Мы даже не живем в одной…
— Я видел письма. Я знаю, где она находится. Но речь идет о вас. Есть люди, которым вы нужны живым или мертвым. Мне безразлично, кто мне заплатит. Главное — получить то, что мне причитается.
Он схватил с тарелки недоеденный кусок бекона и сунул в рот.
— Понимаете, к чему я клоню?
— Да, — сказал я. — Вполне.
ГЛАВА 9
— Я вынужден удержать часть вашего жалованья, Йозеф, — сказал я своему адъютанту, когда он зашел ко мне в кабинет.
— За что, господин комендант?
— За халатное отношение к служебным обязанностям.
— Как вас понимать? Что я сделал?
— Было бы вернее спросить, чего вы не сделали. Вы не удосужились открепить охранные свидетельства от ордеров на депортацию и арест.
— Нет, я сделал все, как вы приказывали. Я изъял все охранные свидетельства и…
— Вот как? Я что это такое? И вот это?
Он взял у меня документы и, сдвинув брови, принялся внимательно их изучать.
— Это не те свидетельства, которые я изъял.
— Вы ничего не изъяли. Все охранные свидетельства лежат на месте.
— Это другие бумаги. — Он ткнул пальцем в нижнюю часть документов и повернул их так, чтобы я мог видеть. — Здесь подпись неразборчива. Она…
— Какая разница, разборчива подпись или нет? Я велел вам изъять все до единого охранные свидетельства.
— Я знаю, господин комендант.
— Теперь мне придется разбираться с этими бумагами. Я же сказал, чтобы их здесь не было.
— Я уничтожил все документы. Это не те свидетельства, что были там первоначально.
— Что вы хотите этим сказать?
— Это фальшивки, господин комендант.
— Фальшивки? — Я взял у него бумаги, внимательно их осмотрел и положил на стол. — Как они могли здесь оказаться? Кто мог подделать охранные свидетельства?
— Тот, кто хотел спасти евреев от уничтожения.
— Кто конкретно?
Адъютант посмотрел на девушку. Она лежала на койке с закрытыми глазами, завернувшись в одеяло.
— Вы шутите? — воскликнул я.
— Она имеет доступ к документам.
— Она не понимает ни слова по-немецки.
— Она постоянно находится в вашем кабинете.
— Я запираю документы на ключ.
— Она нередко находится здесь одна.
— Где она могла достать бланки?
— Их мог принести кто-то из заключенных.
— Она куда-нибудь выходила отсюда?
— Насколько я знаю, нет.