Глава 2.
- Что вы имеете в виду, когда говорите, что вы "любовница"? - спросила Марина Генадиевна.
Должна признаться, голос у нее приятный. Не отпугивает. Но я пока не особо ей доверяю. Что я вообще здесь делаю? Хочется встать и уйти "по-английски", и плевать, что она обо мне подумает.
- А у понятия "любовница" есть разные варианты? - спрашиваю ее я, вместо того чтобы прямо ответить.
- Ну, - она, кажется, даже не растерялась, - варианты есть. Смотря, как вы сами видите ситуацию. Любовниками считаются люди, которые делят постель, не будучи при этом в официальном браке.
- Я вас умоляю, стала бы я из-за такой ерунды искать психолога!?
- Возможно, вы Богобоязненный человек, и..
- Тогда бы я просто женила его на себе, делов-то, - перебиваю ее.
Спорю с ней и понимаю, она пытается оправдать меня, выгораживает, разбирая варианты.
- Я сплю с женатым мужчиной, - говорю я.
И вижу, что там, за тонкими стеклами очков она не изменилась во взгляде. Ни один мускул не дрогнул на лице. Неужели не в новинку выслушивать такое?
- Вы его любите?
Ловко! Если отвечу честно - она начнет жалеть меня. Если совру, Получится, что зря пришла.
- А мне обязательно отвечать на этот вопрос? - я хитрее тебя, девочка.
- Хорошо, давайте отложим его на другой раз. Скажите, вы знали, что он женат?
А она не промах! Что не вопрос, все в точку. Знала ли я?
- Нет, - я обещала себе, что не буду врать, - не знала.
- Сколько времени вы встречаетесь с ним до того, как узнали обо всем? И сколько прошло после?
Не хочу об этом вспоминать, вместо этого ищу в ней изъяны. На столе ни пылинки. На пальцах, что застыли в сантиметре от блокнота, держа ручку, минимум колец: всего два. Скромница или прикидывается? Не решаюсь смотреть ей в лицо.
- Шесть месяцев "до", и три "после".
Глава 3.
Оглядываюсь назад и вижу себя другую, не ту, что отражается в зеркале сейчас. Тогда, будучи еще совсем девчушкой, в 17-ть лет я верила, что любовь самое светлое чувство на земле. Верила, что обязательно полюблю: один раз и на всю жизнь. Как же я ошибалась...
Первый раз я влюбилась в мальчика из параллельного класса. Он был на несколько месяцев старше меня. Но я настолько испугалась того, что чувствую, что наше общение так и не зашло дальше "Привет, как дела". Мне было этого достаточно. Я могла видеть его каждый день, он вежливо интересовался моими делами и проходил мимо. А я утопала в шлейфе аромата его дорогого одеколона. Такая глупая любовь, такая же глупая, как и я...
***
Марина Генадиевна смотрит на меня, как на побитую собачонку.
Хожу к ней два раза в неделю, сегодня третий прием, а значит вторая неделя нашего общения. Не знаю, как она меня выносит? Я прихожу, смиренно сажусь в это кресло напротив и молчу, глядя в окно. А доктор терпеливо вертит в руках ручку, задает вопросы, на которые отвечаю через силу. Она хорошая. Может, поэтому я ее мучаю?
- Расскажите о ваших предыдущих отношениях? - тихо попросила Марина Генадиевна. - Почему вы расстались?
- А вы хотите знать все или только причину расставания? - спрашиваю я.
- Мне интересно все, что вы сможете рассказать. Но если об этом тяжело вспоминать, то я не настаиваю.
- Почему же? Что было, то было. И давно уже переболело.
Я замолчала, она тоже молчит. Смотрит и молчит. Она все время на меня смотрит, крайне редко переключаясь на что-то внешнее, например: чтобы сделать какую либо заметку в своем блокноте.
- Мне было 19-ть лет, ему 25-ть. Учились вместе, правда, на разных курсах, - рассказываю ей о второй своей любви. - Мы познакомились и все, стали неразлучны. Везде и всюду вместе. Это было так же естественно, как дышать. Впервые я не боялась мужчину, не боялась, что он может поцеловать у всех на виду, даже наоборот. Я целовала его сама. Было все равно, что скажут люди, что слух о моем романе дойдет до ушей родителей. Я рассказала о нем матери. Вообще, я много чего сделала в этих отношениях "сама". Если вы спросите, жалею ли я о чем-то, я отвечу что да - жалею. Жалею, что потеряла голову.