Я задумался. Не нравится мне все это. То отчёты левые, то сауна сгорела. Конечно, у нас и раньше были косяки, но не так чтобы сразу все. Хрень какая-то. Надо разобраться. Я подошёл к окну. Шёл мелкий снег и даже отсюда я почувствовал, какой он колючий.
В дверь вошли без стука. Я обернулся, чтобы наорать. Терпеть не могу, когда вот так сзади подкрадываются. Но сдержался. — Олег… это я, не кипеши. — Привет! Что там у тебя?
Маргоша подошла ко мне и достала из папки документы. — Я думаю, раз эта сауна сгорела, то и другие тоже надо заменить, пока не поздно. Вот тут новые поставщики нам предлагают… — она протянула мне бумаги, — и печки более современные, и в обслуживании они проще…
Я глянул смету: — И дороже в два раза… — Ой, Олег, не мелочись, — Марго поморщилась. — вот тут подпиши. Я сел за стол. Она подошла поближе и обняла меня одной рукой за плечо так, что мой взгляд сам собой упёрся в вырез декольте. — А а может, встретимся завтра? А то до пятницы так долго ждать… — промурлыкала она.
Я протянул ей документы. — Завтра я не смогу, — сказал сухо. — у меня работы много. Она вскинулась, чтобы поспорить или узнать, что за работа у меня после работы, но я покачал головой. — В четверг точно нет. — Ну ладно, — она слегка поджала губы. — тогда до пятницы? — Угу, — изображать вежливость не было сил. На душе было как-то тошно, почему, понять не мог.
Вечером мы всей семьей ужинали в столовой, где уютно трещал камин и также уютно трещали обе мои дочки, рассказывая о своих школьных делах. Одя, наш обожаемый всеми таксик, сидел у моего стула в надежде что-то выпросить. Он знал, что никто ему не даст вкусняшку без моего разрешения, поэтому решил дружить с самым главным. Я незаметно отшипнул ему кусочек мраморной говядины и опустил руку вниз. Одя неслышно взял кусочек и практически не жуя, проглотил.
За окном шёл мелкий снег, а в доме было тепло. Первый раз за десять лет я подумал, что в этой идиллической картине чего-то не хватает. Что-то болело в области сердца, может, невралгия? Я отгонял мучительную мысль, но она назойливо возвращалась. За столом сидели мои родители и тёща, две мои дочки и я. Боль накатила внезапно, я словно увидел картинку откуда-то сверху. Место рядом со мной пустовало. А я бы хотел, чтобы оно было занято. Той, кто станет моей женой, а моим детям — мамой.
Первый раз эта мысль пришла мне в голову, и сначала я даже мотнул головой, чтобы отогнать ее. Но она не уходила, и я понял — я действительно этого хочу. Хотя и скрываю от самого себя.
Глава 21. Четверг
Рабочий четверг прошел как в тумане. Я что-то подписывал, отдавал приказы, днем поел в нашем ресторане, совсем не чувствуя вкуса еды. Конечно, я не смотрел на часы каждые пять минут, забот и дел хватало, но мыслями возвращался к сегодняшнему вечеру часто. И даже немного нервничал: а вдруг она не придет?
В семь вечера я снял свою рубашку от Лагерфельда и надел «шпионский костюм» — футболку и джинсы. Правда, джинсы были от Louis Vuitton, но надеюсь, Настя не слишком хорошо разбирается в марках. Я бы и попроще вещи носил, мне это вообще без разницы, но, как говорится, положение обязывает. И чтобы Марго меня не пилила и не придиралась к моему внешнему виду, когда идем куда-то на неформальную встречу, я покупал только самые дорогие вещи.
Вызвал Антона и в 19–25 был уже в клубе. Только увидев администратора, вспомнил, что хотел ей задать несколько вопросов по поводу танцевальных групп. Я напрочь забыл, что мне надо вести расследование, я думал только об одном — придет она или нет. Времени на разговоры уже не было, и я прошел мимо ресепшен сразу в раздевалку.
Она пришла. Господи! Я потерял дар речи, думаю, и все мужики в зале тоже. Она выглядела бесподобно. Красная шелковая юбка разлеталась при каждом шаге, а белая футболка облегала фигуру и подчеркивала волнующий изгиб между талией и бедрами. Волосы были убраны в высокий хвост, а глаза сияли так, что я остолбенел. Ангел. Эльф. Фея. Все эти слова не казались ни приторными, ни надуманными. Она действительно была как будто не от мира сего. Неужели такие женщины еще есть на земле? Почему она раньше мне не встретилась?
— Начинаем разминку! — скомандовал преподаватель, и я снова стал рядом с ней.