Как погибла Маргарета? Не выдержала напряжения? Столько лет…
Но то, то давнее, что оно было? Нет, не сходится.
Жигмонт посмотрел на раскинутую перед ним пышную мертвую красоту. Была в этой пышной раскрытости какая-то щемящая беззащитность!
Он наклонился, поднял ее на руки, уложил на постель. Присел рядом… И снова явственно расслышал громкий шорох за спиной.
ГЛАВА 33
— Я, пожалуй, спущусь в кухню, — нерешительно сказала Мария.
— Обожди! — Чоба прислонился к стене. — Господин Запольи сейчас выйдет! Он велел дожидаться!
Мария растерянно кивнула и остановилась рядом с ним, теребя передник.
Михал и Ивана стояли внизу.
Они продолжали оживленный разговор.
— Отец сейчас выйдет!
— Он, должно быть, очень любил ее?
— Думаю, да!
Девушка вздрогнула.
— Тебе холодно?
— Нет, нет! — быстро проговорила она.
— Ты дрожишь!
— Я просто хочу, чтобы всё скорее кончилось!
— Ты что-то знаешь?
— Нет, нет!
— Я сделал это из-за тебя! Конечно, это глупость, мальчишество! Теперь я понимаю!..
— Не надо, не надо ни о чем говорить! Я хочу, чтобы всё скорее кончилось!
— Тише!
— Мы и так тихо говорим! Наверху не слышно!
— Ты понимаешь, всё дело в том, что я люблю тебя!
Жигмонт резко обернулся.
Хлопнула дверца.
А, вот оно! Ниша в стене!
Ему захотелось стучать, бить кулаками в дверь. Но он быстро подавил это желание.
— Выйдите! — тихо и внятно произнес он.
За дверцей молчали.
Он вдруг ощутил, что там — женщина! Почувствовал какое-то волнение.
— Выйдите! Я не причиню вам зла!
Дверца отворилась. Женщина скользнула к нему.
Двойник!
В темном холщовом платьице, похожем на одежду Иваны, она казалась более худощавой, более хрупкой, по сравнению с Маргаретой. Темные волосы густым жгутом падали на плечи, на затылке были стянуты витым красным шнурком. Она немного горбилась, казалась робкой, неуверенной, растерянной.
Жигмонт вспомнил давнюю сцену у Северных ворот. Тогда двойник слуги из кабачка поразил его тем, что казался человеком, изображающим самого себя. И теперь?..
— Кто ты на самом деле? — быстро спросил он и шагнул к ней.
— Прости меня, — она отступила назад. — Я — это я! Это вправду я сама. Я — Кларинда! Вспомни меня! Я всю жизнь… Я всегда тебя помнила!.. Я не виновата!.. Это случайно… Только поверь мне!.. Я — это я!..
Но Жигмонт уже знал — она говорит правду! Он почувствовал знакомое волнение, то, давнишнее. Забилось сердце, телесное возбуждение начало овладевать всем его существом. Сейчас он перестанет владеть собой. Так было только однажды — тогда, давно. Он посмотрел на нее. Кажется, она испытывала то же, что и он. Казалось, она вот-вот потеряет сознание. О, она осталась всё той же, давнишней, прежней девочкой! Но он уже много лет, как был не юношей, почти подростком, но взрослым зрелым мужчиной, который умел справляться с собой!
— Успокойся, — он по-прежнему говорил тихо. — Я верю тебе. Я помню тебя.
Он взял ее за руку, потянул к постели, но она упиралась, как перепуганный ребенок. Ну да, ведь на постели лежала мертвая!
Он посмотрел на мертвую Маргарету, после — на Кларинду. Они были отражением друг друга! Разница в одежде и, вероятно, при жизни Маргареты, в манере держать себя, лишь подчеркивала их необычайное сходство.
Он отпустил руку Кларинды.
Снова присел на постель рядом с мертвой. Покачал головой. И вдруг тихо засмеялся.
Кларинда замерла, глядя на него.
— Как всё просто! Ни двойников, ни иллюзий! Самая обычная, самая заурядная игра, вялая привычная забава старушки-природы — близнецы!
Жигмонт распахнул дверь.
— Входите все!
Михал, Ивана и слуги вошли. У старой Марии подкосились ноги, она бессильно опустилась на пол.
Ивана мгновение стояла на пороге, затем бросилась к испуганной Кларинде, обняла ее, нежно прижалась, обернулась к Жигмонту, крикнула:
— Не мучайте ее!
Михал нахмурился и мрачно глянул на Жигмонта.
— Ну! — бросил Жигмонт старым слугам. — Вы знаете эту женщину?
— Думаю, это госпожа Кларинда, — пробормотал Чоба и потер ладонью лоб.
— Госпожа Кларинда, — тихим эхом отозвалась Мария.
— Ничего не бойтесь! — продолжил Жигмонт. — Никакого колдовства здесь нет! Эти женщины — близнецы! Имя мертвой — Маргарета, она была моей женой! Должно быть, их разлучили еще в детстве!
Мария перекрестилась.