Беатрис резко развернулась и выскочила на улицу.
- Кто это, Джеймс? – испуганно спросила Лили.
- Моя соседка.
- Почему она такая грязная? Она сама ухаживает за своим поместьем?
- Да.
- А как же слуги и работники?
- Ей пришлось всех уволить, чтобы сохранить ранчо.
- Но леди не должна так вести себя! – брезгливо воскликнула девушка.
- Значит, она не леди, - бросил в ответ Джеймс, надевая шляпу и выходя на улицу.
- Что случилось, Беатрис?
- А ты не знаешь?! – набросилась на него разъяренная девушка.
- Беатрис, успокойся! Я действительно не понимаю, о чем ты говоришь.
- Твои люди разбойничали на моей земле. Их было пятеро. Они пристрелили двух оставшихся у меня коров и подожгли амбар, вытоптали последние уцелевшие посевы! Джеймс, что мне теперь делать? – гнев девушки быстро сменился на отчаянье.
Мужчине захотелось обнять несчастную растрепанную соседку и утешить, но он понимал, что из окон на них смотрит его невеста.
- Беатрис, успокойся и вернись домой. Завтра вместе поедем в город и во всем разберемся, ты напишешь заявление шерифу. Сейчас все равно сделать уже ничего нельзя.
- Ты обещал, что железная дорога обойдет мое ранчо.
- Так и будет. Я больше чем уверен, что это были разбойники, и к моим людям они не имеют никакого отношения. Давай, я провожу тебя. Мне кажется, что одной тебе будет не безопасно возвращаться.
Джеймс крикнул дворецкому, что бы тот предупредил мисс Кенери, что он проводит до дома мисс Вайлдроуз, на поместье которой напали разбойники. Мужчина оседлал коня и отправился вместе с Беатрис в душную темноту ночи. По дороге они молчали, тишину изредка нарушало фырканье лошадей.
Глава 4.
Подъехав к дому соседки, Джеймс увидел дымящуюся кучу мусора, которая еще недавно была амбаром. Недалеко от нее лежали две убитые коровы. Где-то послышался лай койота, уже почуявшего запах падали. Беатрис содрогнулась. Ее душу охватило отчаянье, она не знала, как сохранить свое ранчо, чем еще ей нужно пожертвовать ради этого? Беатрис слезла с коня, последнего из пяти, и повела его в конюшню. Там она сняла с него поводья и седло. Сзади ее обнял Джеймс.
- Я понимаю, как тебе тяжело, - нежно прошептал он.
- Сомневаюсь, иначе ты не вел бы себя так, - резко сказала она, пытаясь высвободиться.
- Я хочу утешить тебя, - не отпускал он девушку.
- Лучшим утешением для меня будет мое ранчо, оставленное в покое.
- Мы спасем твое ранчо, - сказал Джеймс, целуя девушку, крепко зажатую в его объятьях.
- Пусти меня, мерзавец!
- Я не мерзавец, Беатрис, это ты – ведьма. Ты вскружила мне голову, - он стал целовать шею девушки.
- Пусти, пусти меня! – кричала девушка, изо всех сил вырываясь.
Джеймс повернул девушку лицом к стене и стал связывать ей руки висевшем на крючке лассо. Потом опустился вместе с ней на колени и стал жадно целовать шею и плечи Беатрис, лаская рукой ее грудь.
- Джеймс, прошу тебя, не надо, - по лицу девушки побежали слезы обиды.
- Тебе понравится, обещаю. Тогда, ведь, понравилось….
Беатрис залилась краской, вспомнив, как стонала на ковре у камина. Джеймс расстегнул брюки и задрал ее юбку. Он вошел стремительно и настойчиво. Беатрис вскрикнула. Мужчина крепко держал связанную девушку, которая теперь пыталась бороться с самой собой. Наслаждение стремительно охватывало ее, но она говорила себе, что так быть не должно, что она должна чувствовать себя оскорбленной. Но с каждым движением Джеймса ее мысли затуманивались, и она отдавалась чувствам. Джеймс лег на пол и усадил на себя девушку.
- Двигайся сама, так как тебе будет лучше.
Беатрис прикусила губу и отрицательно покачала головой. Джеймс сел, обняв ее, и принялся страстно целовать. Наконец, губы девушки разомкнулись, и он проник в нее своим языком. Девушка сдавленно застонала. Джеймс снова откинулся на спину.
- Двигайся, - он терял терпение.
Беатрис никак не отреагировала на его слова. Тогда мужчина сбросил с нее корсет и расстегнул кофточку. Его пальцы больно сжали ее соски. Беатрис вскрикнула.
- Двигайся, - приказал мужчина, сильнее сжимая пальцы.
Девушка застонала и выгнула спину. Медленно и робко она стала двигаться. Каждое движение приносило ей мучительное наслаждение. Она часто останавливалась, не в силах справиться со своим учащенным дыханием. Голова кружилась. Джеймс наблюдал за девушкой, лаская ее грудь. В очередной раз он сильно сжал ее соски, потом скользнул рукой вниз.