— А ты, куда поступать будешь? — Вдруг спросил Макс. Это был его первый серьёзный вопрос, за все время, которое он провёл с Леной.
— Вообще, я хочу быть журналистом. Поэтому в наш универ на жур. фак., скорее всего.
— Вооу… Не хило, — Максим представил, как Лена со стянутыми в хвост волосами рассказывает о внешней полите России, делая интервью для Первого канала. И его это даже немного возбудило.
— А ты? — Нарушила его грезы девушка.
— Вообще, я компы люблю и все, что с ними связано. Поэтому может стану программистом каким-нибудь. У меня с математикой все нормально. Хотя раньше я ее ненавидел. Такая вот жиза…
— Ага, а ЕГЭ кто с горем пополам сдал?
— Это по русскому! Не напоминай мне лучше!
— Так значит, программист? Будешь сидеть дома за монитором, курить сигару и смотреть на фикус на подоконнике. А я будут ездить по разным странам, видеть разных там президентов, рассказывать про них. А ты такой: «Ой, карамба. Сортир забился! Чтоб вы все сдохли, я программист!»
— Эй…. Ну тебя вообще. Иди мути с каким-нибудь журналюгой, раз все так хренова.
Максим явно наигранно обиделся. Но Лена восприняла это всерьез и принялась его успокаивать. Все это кончилось тем, что парень резко подхватил ее на руки и с криком пронес несколько метров.
Когда они наконец-то заглянули в парк, то на город уже опускался закат. Они прошли по заросшим аллеям. И вышли на небольшую полянку, где ранее были качели «Лодочки», старательно спиленные теперь ярыми охотниками за металлом.
На этой поляне валялось внушительное дерево. И максим сразу же уселся на него.
Лена же не торопилась этого делать. Она вдруг залезла в недра своей маленькой куртки и вытащила оттуда что-то белое. Это было похоже на какой-то конверт.
— Максим, я понимаю, что нам скоро придется ненадолго расстаться, — серьезно заявила она.
Макс сразу же помрачнел. Ведь до этого она говорила, что поедет в Москву по важному делу. И он понимал, что ей действительно надо отправиться на специальные курсы, которые помогут без проблем поступить в желанный институт. И на этих коротких курсах она будет без него.
Это же всего десять дней разлуки, которые вполне могут компенсировать социальные сети, скайп, разговоры по телефону. Поэтому такой вопрос был, кажется, уже решен и полностью ясен.
Но, правда, это все равно не особо радовало. Ведь, как говорил классик, с любыми нельзя расставаться даже на единый миг. А тут целых десять дней. Десять дней, которые предстоит пережить.
— И я решила сделать кое-что в память об этом лете. Я даже не знаю, как сказать. Но это лето было лучшее, в моей жизни. Я как будто только родилась и начала жить. Я даже не заметила, как прошли эти несчастные два месяца, — продолжила девушка.
Максим смотрел на конверт в руке любимой. Обычно в таких конвертах таится что-то странное и весьма негативное. Что же там может быть? Доказательства страшного преступления? Тест на беременность? Споры сибирской язвы?
— Наркотики! Точно. Она хочет предложить мне наркотики. Они все городские такие. Сначала играла со мной в любовь, а теперь хочет подсадить меня на какую-то дрянь. Не спроста мы пришли на этот чертов пустырь, — подумал парень, и ему стало страшно и странно одновременно.
— Я даже не знаю, что делать, — продолжила свою речь Лена. — Может это покажется тебе странным. Но я почему-то решила тебе показать, так что прости, если что…
— Да что там у тебя такое! — Максим вскочил с дерева, ощущая, как чувство неприятного ожидания разрывает его на осколки.
— Только не кричи, пожалуйста. Но у меня здесь стих. Я его для тебя написала, как бы в память обо всем этом, — щеки девушки загорелись румянцем. Она посмотрела вниз, на вытоптанную траву.
— Стих… Ты так мялась из-за стиха? Я даже не знаю, — Макс взялся за голову.
— Но я просто думала, что не умею это делать. И у меня получилось плохо. Так что я вообще не хотела его показывать. И, наверное, зря сказала….
— Нет! Нет, ты что! Это же круто, любимая! Я даже не ожидал, что ты что-то такое сделаешь. По идее, это я должен был…
— Ну, ты же программист у нас.
Максим кивнул головой, как бы показывая, что литературным талантом он, мягко говоря, обделен.
— Ну, так мне это читать или лучше не стоит? — Смущенно заявила девушка, помахивая белоснежным листком.
— Читай, милая! Конечно, читай! Зачем ты вообще спрашиваешь?
Лена сначала хотела стать на поваленное дерево, чтобы оказаться на возвышении. Но потом ей показалось, что так она будет выглядеть, как трехлетний ребенок на стуле на новогоднем утреннике. Поэтому она развернула листок и начала читать, что называется, «без реверансов».