Шашлык как будто пачка Новопассита посеял вокруг спокойствие и безмятежность. Кроме шашлыка на столе присутствовала жареная рыба, салат «Оливье», тонко нарезанное сало и пиво с водкой.
Максим на некоторое время даже обрадовался тому, что выбрался на это мероприятие. Ведь так поесть у себя дома, особенно учитывая кулинарные таланты Светы, он не мог.
И первые минут пятнадцать его радость была вполне оправданной. Все безмятежно уткнулись в свои тарелки, поглощая все, что только возможно. Идиллию лишь изредка нарушали тосты вроде «Ну, за деньги» или «За молодых».
Да иногда кто-нибудь из женщин говорил, какие-то глупости, наподобие попытки передать еще хлеба или салфетку, не смотря на то, что всего этого скарба и так было вдоволь.
Если бы все так прошло до конца этой встречи, то Макс бы стал самым счастливым человеком на свете. И его вечная холодность, и неприязнь к родственникам жены испарилась бы, подобно снегу, который еще неделю назад хозяйничал повсюду.
Но солнце медленно ползло к скорому закату. Количество еды уменьшалось. А вот наполненность желудков всех присутствующих наоборот увеличивалась.
И чем сытнее и пьянее становилась компания, тем больше Максима терзало крайне неприятное предчувствие. Ему даже показалось, что яркий, весенний день как-то начинает тускнеть. И тени от старых яблонь, которые росли тут же, приобрели не добрый цвет.
Первой относительную тишину нарушила тетя Лида.
— Ну, вот и поели, — многозначительно заявила она.
— Ага. Не голодные! Уже и помирать можно! — Воскликнул подвыпивший отец Светы. Но его искрометную шутку никто не оценил.
— А вот Паша, наш сосед бывший, сейчас сто тысяч в месяц зарабатывает, — сказала все так же тетя Лида, вытирая лицо салфеткой.
Ответа на реплику не последовало.
— А ты, Максимка, сколько зарабатываешь в месяц?
— По-разному. Все зависит от сложности проекта, — как можно непринужденнее ответил парень, давясь своим неприятным предчувствием, как сухими макаронами.
— А может ты бы лучше на службу государственную пошел. Там платят больше. Вон один Светин знакомый сейчас уже в администрации города. Говорит, что нормально получает. И себя и жену содержать может. Вот так-то.
— Спасибо за совет! На алхимика пойду. Там вообще сразу из камней можно золото делать! — С наивысшей степенью сарказма ответил парень.
— Так, Макс! Ну ты что, в самом деле? — Вставила свою ноту протеста мама Светы. При этом и сама девушка толкнула мужа под бок с неприятной «анти-улыбкой».
— Черт, да их явно больше, — подумал Максим. — Были бы тут мои родители…. Были бы тут мои родители, мне бы точно была жопа!
В это время Максимова теща решила продолжить разговор, поменяв тему.
— Знаешь, Людмила, это не важно, кто, сколько зарабатывает, — с натянутой улыбкой заявила она. — Главное в жизни — это дети. Вот как нам молодые детей нарожают, так и будет самое лучшее счастье. И никаких заработков мы от них не потребуем.
— Так! Когда будут дети? — Заявил отец девушки с хитрой улыбкой.
Света застеснялась и потупила глаза на Макса. Макс же приобрел такой вид, как будто в него вселился Гитлер.
— Мы не хотим детей, — сдержанно сказал он. — И мы уже об этом, кажется, говорили раз двести пятьдесят, если я не ошибаюсь.
— Это вы может, молодой человек, не хотите! — Снова вступила в разговор тетя Лида. — А вот Светочка может и хочет. Девушке рождать надо. А то будет старо родящей. И никому не нужна потом будет. То хоть дети останутся на старости лет, когда все мужики разбегутся. Такая она жизнь! Вон у меня детей нет. А все почему? Потому что дурой в свое время была. А потом болезнь, старость не радость, и уже ничего не захочешь.
— Слушайте, вы! А может, вы спросите об этом саму Свету. Или вы у нас экстрасенс-прорицатель?
— Да хочет Света ребенка, хочет! — Запела Светина Мать. — Вон как застеснялась, глаза опустила, на мужа, на своего смотрит. Конечно, хочет…
Максим посмотрел на девушку в ожидании поддержки. Но она спокойно улыбалась, как ни в чем не бывало. Казалось, что она просто пришла в кинотеатр, и ей жутко хочется знать, чем «закончится дело».
— Ну, дети еще могут и не получаться. Может вон Максим больной. А что? Бывает такое. Ну, ничего страшного. Здесь все свои, — произнес отец девушки.
— Я не больной! Я просто не инкубатор! А больные здесь, скорее всего, вы! — Вспыхнул Максим.
На него сразу же обрушился шквал воплей о том, какой он неуравновешенный, не воспитанный и грубый.