Лисса всего лишь кивнула ему. Это была единственная благодарность, которую она могла выразить.
И хотя Лисса уже не стояла на опасных ступеньках, ей показалось, что земля начала уходить из-под ног. Девушка боялась довериться своим ногам. Словно прочитав мысли Лиссы, Курт крепче сжал ее руку.
Она посмотрела вокруг.
— Ханна здесь? — выдохнула Лисса.
Курт покачал головой.
— Так как ты не пригласила ее на официальную церемонию, она не смогла получить свободное место. А стоять на ногах всю торжественную часть она не в силах.
— Очень вежливо прийти сюда в качестве ее делегата.
Давай все выясним. Ведь ты здесь не из-за меня. Я знаю это точно.
— Хочешь пунш или пирожные? — спросил Курт.
— Нет. Я не останусь больше на этом празднике.
— Потому что у тебя слишком много дел? — непринужденно поинтересовался он.
Словно его это волнует.
— Да нет, остаток дня я буду отдыхать. А завтра приступлю к поискам работы.
— Тогда мое предложение просто замечательное. — Внезапно Курт стал серьезным. — Лисса, я хочу... Я должен с тобой поговорить.
— О, думаю, ты уже все сказал мне на Рождество, Курт. Прости, но мне бы не хотелось повторно это услышать. Спасибо, что пришел на церемонию вручения дипломов. Скажи Ханне, что я как-нибудь зайду к ней и мы поболтаем, и... — Она сняла кепку и поправила рукой волосы.
И не нужно посылать мне рождественских открыток; если я захочу что-нибудь узнать о тебе, то почитаю деловые журналы.
— Лисса, — тихо проговорил Курт. — Я собираюсь сказать тебе то, зачем я сюда пришел. Ты можешь стоять здесь и слушать меня или можешь уйти, но я все равно последую за тобой. Я буду кричать до тех пор, пока не пойму, что ты услышала мои слова. Тебе решать, как поступить.
Это было бы замечательным представлением для толпы: на сцене — ректор университета, который все еще зачитывает имена опоздавших выпускников, а в это время Курт кричит на весь городок. Вот только что? Опять обвинения?
Толпа собралась за праздничным столом, и люди, спускающиеся со сцены, обходили Лиссу и Курта и присоединялись к торжественной трапезе.
— Но почему прямо сейчас? — устало спросила девушка. — Ведь было достаточно времени для разговора, Курт. Почему тебе обязательно нужно испортить мой выпускной?
— Я не собираюсь его портить. Я пришел, чтобы попросить у тебя прощения.
Она резко повернулась к нему.
— Попросить прощения? За что? У меня так много версий, что я даже не знаю, с какой нужно начать.
— Давай начнем с самой главной. Прости меня за то, что необоснованно обвинил тебя. Я имею в виду аборт. За то, что осмелился даже предположить такое. Тогда в моей голове все смешалось. Казалось, что она раскололась на мелкие кусочки, а потом из них сложилась картина, которая мне совершенно не понравилась. Я не хотел верить ей, но, когда я обвинял тебя, ты ничего не отрицала. И твой взгляд тогда... — Курт перевел дух. — Конечно, словами не загладить вину. Лисса, мне очень жаль, что я так вел себя. Понимаешь, тогда мне и в голову не пришло, что, возможно, у тебя был выкидыш. Ведь так все и произошло?
Лисса помедлила с ответом.
— Думаю, так.
Курт нахмурился.
— Что ты имеешь в виду под словом «думаю»?
— Все случилось очень быстро. Когда я только заподозрила, что беременна, я купила себе тест. Результаты показали отсутствие беременности, но в инструкции к тесту было сказано, что на раннем этапе беременности он может не показать положительный результат. Позже я хотела купить еще один тест, но у меня началось кровотечение и... Вот и все. Так я никогда и не узнала правду. Хотя в глубине души я уверена, что носила твоего ребенка. Так говорит мне мое сердце.
— У тебя было такое виноватое выражение лица, да и я не мог мыслить здраво.
Лисса поняла, что ей нужно быть благодарной ему за то, что он наконец-то признался в своей неправоте.
— Я очень рада, что крайней мере ты хоть что-то понял. И сколько же тебе потребовалось времени, чтобы признать свою ошибку?
— Около месяца. Я был очень зол на тебя. — Замолчав на минуту, Курт продолжил: — К тому же ты не призналась мне в своей лжи.
— Не надо сваливать на меня вину, Курт.
— Я даже не думал об этом. Я причинил тебе сильнейшую боль. Мне потребовалось время, чтобы осознать, почему ты солгала мне и даже не подумала сказать правду. Разумеется, тобою руководила сильнейшая обида.
— Я не горжусь тем, что тогда сказала тебе, — признала Лисса. — Но если тебе потребовался всего лишь один месяц, чтобы все осознать, тогда почему ты ждал до сегодняшнего дня, чтобы поговорить со мной?