Освободившись от амуниции, Тейви посмотрела на Скотта долгим взглядом, полным грусти, и бросилась к своей палатке.
Девушка стояла на высокогорной лужайке, наблюдая за появившемся на горизонте фургоном, принадлежащим компании «Турпоходы С. Кэмфилда». Она вспомнила, что чувствовала, когда тот же фургон три недели назад уносился вдаль. Тейви окрепла физически и стала относиться к себе с большим уважением. Она многое узнала, поверила в свои силы и поняла, чего хочет от жизни.
Но почему-то она не испытывала счастья. В последние дни Скотт относился к ней так же, как к другим туристам. Он перестал набивать свой рюкзак ее вещами, по достоинству оценивал ее кулинарные способности, благодарил за помощь. Но больше не обнимал ее, избегал оставаться наедине, кроме редких случаев, когда инструктировал по технике альпинизма. Скотт убеждал, что ей понравится ползать по горам, для этого потребуется лишь небольшая тренировка. А Тейви в свою очередь уверяла, что никогда этого не произойдет.
В конце концов он согласился с ее доводами, при этом так печально улыбнувшись, что Тейви показалось — он сейчас заплачет.
— Ладно, — отрезал он. — Речь не идет о том, дышать или не дышать. Ты можешь спокойно обойтись без альпинизма.
— А ты? — Тейви приставила палец к его груди.
— Нет! — Скотт отстранил ее руку и пошел прочь.
Сейчас Тейви прощалась не только с этим удивительным краем, она покидала дорогого человека, свою любовь. Сердце заходилось от тоски, хотя этот, ни на кого не похожий человек относился к ней как к рядовому клиенту.
Затылка Тейви коснулась чья-то рука, но даже не оборачиваясь, она поняла, что это не Скотт.
— Малышка, — тихо сказал Андре, — советую открыться ему.
— Его это не волнует, Андре.
— Странный вы, американцы, народ, — недовольно пробормотал он. — Подобный поход состоится только на следующее лето. До зимних походов у нас будет перерыв. Дома, в Спрингстине, мы будем очень недолго, но ты сможешь видеться со Скоттом хоть каждый день.
— Сколько длится ваш зимний поход?
— Всего несколько дней. Обычно он включает одно восхождение: подниматься в горы зимой могут только опытные скалолазы.
Тейви вздохнула.
— Скотт говорил, что это самое замечательное время. Зима там так красива.
— Это точно, малышка. Но и опасностей намного больше. Очень сомневаюсь, что Скотт захочет взять тебя, даже если ты и попросишь.
— Нет, Андре, я больше вообще не пойду с ним в поход. Очень не хочется… разочаровывать его.
— Разочаровывать? Только потому, что тебе не нравится альпинизм? Но ты же любишь его. Разве не так?
Подступившие слезы сдавили ей горло. Она через силу кивнула.
— Ну и скажи ему об этом. — Андре выглядел расстроенным. — Знаешь, малышка, я разлюбил горы. Не хочу, чтобы мои близкие страдали из-за них.
Тейви следила, как Скотт переходил от одного участника похода к другому, прощаясь и желая каждому вернуться на следующий год. Росса он пригласил в феврале подняться с ним на Гранитный пик. Наконец он подошел к Тейви. Она стояла в стороне от группы, надеясь попрощаться с ним с глазу на глаз.
Скотт взял ее за руку.
— Прощай, Принцесса, — сказал он. — Ты показала себя молодчиной. Теперь никто не имеет права называть тебя капризулей.
— Спасибо, Скотт, — с придыханием произнесла она. — Не хочешь ли сказать, что надеешься увидеть меня в будущем году.
Скотт покачал головой.
— Не могу предложить этого. Обычные прогулочки ничего не дают. — Темно-синие глаза Скотта встретились с ее глазами. В них сквозила грусть, даже тоска.
— Скотт, я… — Слова застревали у нее в горле. Нет, она не сможет признаться ему, особенно после того, что он сейчас сказал. — Мне бы хотелось повидать тебя в Биллингсе. В привычной обстановке.
— Вот как? — Он отнял руку, протянутую для прощания. — Ты считаешь, что именно в городе привычная обстановка? — Он кивнул в сторону гор. — Вот моя настоящая жизнь, Принцесса. У нас разные взгляды.
— Ты не прав, — возразила она. — Нам нужно воспользоваться шансом. Я хочу повидать тебя снова.
За их спинами остановился фургон. Из него выскочили юноша и девушка. Девушка с длинной черной косой, подкрашенными губками, в узких джинсах бросилась к Скотту.
— Тиффани, привет, — помахал девушке Скотт.
— О, Скотт, здравствуй, — пропищала Тиффани, хватая ладонь Скотта обеими руками. — Я весь год мечтала о походе. — Она розовым язычком облизала накрашенные губы. — Я соскучилась по тебе. А ты?
— Ты не по мне скучала, Тифф, — сказал он, аккуратно освобождая руку. — Ты соскучилась по природе, дикой, настоящей. Для городских жителей это целебный глоток воздуха.