– Фиона вбила себе в голову, что вы собираетесь на ней жениться.
Пол раздраженно вздохнул:
– Я и не знал, что она так глупа! Если Фиона решила, что я имел в виду брачный союз…
Тут Элисон не выдержала и набросилась на Пола. Потом она не могла вспомнить своих слов, но у нее было такое чувство, что все они были потрачены впустую. Пол спокойно стоял перед ней, и постепенно до Элисон дошло, что он даже не слушает, а пожирает глазами ее лицо, волосы, платье. Вдруг он положил руки ей на плечи.
– Вы так прекрасны в гневе, Элисон! – Голос Пола дрожал. – Если бы вы были добрее ко мне, этого недоразумения с Фионой не произошло бы. Вы и представить не можете, как сводите меня с ума. С того волшебного утра, когда я нашел вас в пустыне, я не могу выкинуть вас из головы. – Пол говорил быстро, лихорадочно, лаская ее руками.
– Прошу, Пол! – Элисон безрезультатно пыталась вырваться.
– Будь ласкова со мной, Элисон! Ты не знаешь, что значишь для меня, возможно, потому, что с самого начала не обращала на меня внимания. Со мной такое не часто происходит. Меня это только возбуждало. Ты такая прелестная, холодная, недоступная, ты сводишь меня с ума! Я пытался забыть о тебе и завел интрижку с твоей сестрой. Но это ни к чему не привело. Мне нужна только ты. Выходи за меня замуж, Элисон! Уедем в Париж!
– Ты безумец! – вскричала Элисон, пытаясь вырваться. – Я не вышла бы за тебя, будь ты единственным мужчиной на земле. Я ненавижу тебя, презираю!
Пол глядел на нее как пьяный. Казалось, он ее не слышит. Внезапно он начал целовать Элисон. В этот момент дверь на террасу распахнулась, и появилась Дариен. Пол резко отпустил Элисон.
– Привет, детка! – обратился он к Дариен с таким виноватым видом, что это было даже смешно, но никто не рассмеялся.
Как же, детка! – с горечью повторила Дариен. – Ты и сестры Уоррендер… Как же мне все это надоело! – Она повернулась к Элисон: – Я не это имела в виду, когда просила вас, чтобы вы убедили вашу сестру оставить моего мужчину. Да, моего! Последний год я работала с ним бок о бок, любила его, и если мы до сих пор не поженились, то только потому, что у нас не было времени. Мы собирались объявить о помолвке в ночь премьеры. – Ее голос сорвался. – Пол сказал, что это будет отличная реклама.
– Так и есть, – спокойно подтвердил Пол. Он быстро пришел в себя и теперь, облокотившись на стол, снисходительно смотрел на обеих женщин. – Похоже, я не свободен, Элисон. Так что даже хорошо, что ты меня презираешь.
– Ты недостоин даже презрения! – взорвалась Элисон и повернулась к Дариен: – Наверное, вы мне не поверите, но я вовсе не хотела того, свидетельницей чего вы только что стали. Я пришла сюда, чтобы просить Пола оставить в покое мою сестру, а он ответил мне безумным предложением выйти за него замуж.
– Да, я знаю все его уловки. И кстати, чтобы вы не обольщались, все эти «выходи за меня» и тому подобное – всего лишь слова, которые он использует, когда не может заполучить девушку по-другому. – Дариен закрыла лицо руками. – Он всего лишь ничтожный донжуан, но я люблю его!
Пол нехотя поднялся из кресла и привлек Дариен к себе. Она не сопротивлялась.
– Ты думаешь, тебе все сойдет с рук? Ты думаешь, я так влюблена в тебя, что ты можешь делать со мной все, что хочешь?..
Элисон незаметно покинула террасу. Она решила выскользнуть в сад, чтобы избежать любопытных взглядов. Где-то здесь должны быть ворота, ведущие на площадь. Подойдя поближе, она услышала позади шелест кустов и сдавленный крик:
– Элисон!
Она резко обернулась:
– Фиона! Что ты тут делаешь?
Со стоном Фиона упала ей на руки. Она вся дрожала.
– Я все ждала дома, но Пол не приехал. Я решила сама поискать его. – По ее телу пробежала судорога. – Я думала, ты нарочно удерживаешь его.
Элисон крепче прижала Фиону к себе.
– Мне не хотелось заходить внутрь, чтобы ты не подумала, будто я за вами слежу, так что я решила спрятаться под окном. – Фиона разрыдалась.
– Не надо, милая, он не стоит твоих слез.
– Я все слышала! – Рыдания сотрясали худенькие плечи Фионы. – Сначала ты, потом Дариен… Боже, Элисон, что мне теперь делать?
Глава 9
На следующее утро в больнице было не обычно много пациентов – мать с ребенком, которому нужно было сделать прививку, малыш с коклюшем, часто встречающимся в Сиди-Бу-Кефе и без лечения приводящим к летальному исходу. Бретт сделал плачущему ребенку укол, и его место занял мужчина с подозрением на туберкулез, затем больной с кожной сыпью и старик с красными, слезящимися глазами, которого Элисон отвела в смежную комнату и дала капли, после чего снова заняла свое место у стола. Кто придумал, что все медсестры должны стоять, в то время как врачи сидят? Какой-нибудь ярый последователь Флоренс Найтингейл из девятнадцатого века?
Когда Элисон появилась в больнице, Бретт сухо поздоровался с ней, на минуту оторвавшись от заваленного бумагами стола. Что, если он видел ее вчера в отеле с Полом? Элисон с замиранием сердца вспомнила, что, когда вышла на площадь, ей показалось, будто среди роскошных машин перед дверями отеля мелькнул скромный «ситроен» Бретта. Но она была слишком поглощена мыслями о Фионе, чтобы присмотреться. Даже если Бретт и был там, то какое ей дело? Но тогда ей не стоит скрывать, с кем она встречалась вчера.
В отделение вошли две миниатюрные женщины с закрытыми лицами, которые не говорили по-английски и наотрез отказывались понимать Бретта, когда он сделал попытку обратиться к ним на арабском. Элисон пыталась сгладить ситуацию, заговорив с женщинами по-французски, чтобы убедить пациентку позволить осмотреть себя.
– Доктор – не как все мужчины, – постаралась пояснить она.
– Благодарю! – пробормотал Бретт без улыбки.
Элисон чувствовала усталость после бессонной ночи, к тому же ее преследовал образ рыдающей Фионы. Вчера, услышав шум, из комнаты вышел отец, и последовало болезненное объяснение.
– Если бы я только не пряталась в саду! – рыдала Фиона.
– По крайней мере, теперь ты знаешь, что я не пыталась отнять его у тебя.
Я ждала весь вечер, надеясь, что он вернется за мной, а потом просто больше не могла ждать и пошла в отель, чтобы найти его. Было так страшно идти в темноте. Там везде прятались арабы.
– Почему ты не рассказала все мне? – смущенно спросил профессор. – Ты же знала, что я был дома.
Как обычно, поглощенный своей работой, с горечью подумала Элисон.
– Ты бы не понял. Я была уверена, что Элисон хочет украсть у меня Пола. Я ненавидела ее… Я могла бы ее убить!
– Хватит болтать глупости, Фиона! – сердито перебил профессор. – Элисон поступила правильно. Не могу понять, как ты вообще могла увлечься этим типом. Совершенно ясно, что у него не было никаких серьезных намерений. И что же все-таки вчера произошло между вами? Рассказывай уж все как есть.
– Он был очень добр со мной, – продолжала рыдать Фиона. – Он не виноват, что мы заблудились в пустыне. Он утешал меня, когда я испугалась, и даже перестал целовать, когда я сказала, что ему не следует…
– Слава богу! – шумно вздохнул профессор. – Надеюсь, ты понимаешь, какую глупость совершила?
Наконец-то смирившись с горькой правдой, Фиона устыдилась. Элисон тщетно пыталась ее успокоить. Джон Уоррендер был взволнован не меньше дочерей.
– Я хочу домой! – кричала Фиона. – Я больше не могу здесь оставаться. Ненавижу это место! Как мне хочется быть с моей Дорой. Я не должна была покидать ее.
Если Фиона в такую минуту может вспоминать о своем пони, то не все еще потеряно, решила Элисон. Со временем это глупое увлечение Полом Эвертоном будет забыто.
Было почти утро, когда Элисон приготовила всем чай и наконец-то уложила Фиону в постель. Сама она была слишком взвинчена, чтобы заснуть.
А теперь, когда последний пациент покинул больницу, Элисон казалось, что ее веки налились свинцом. Бретт с мрачным видом хлопал дверцами шкафчика.