— Мы потребуемся? Для чего?
— Пока это тайна. Пожалуйста, делаете мое одолжение.
— Раз так — хорошо, — одновременно ответили девушки. Вилли, улыбаясь, потер руки и отправился на кухню. Кроме Ниты и Фелициаты, здесь завтракали еще несколько молодых пар. Очевидно, все они не спешили. Несмотря на то, что подруги получили весьма скудную информацию о жизни в Нью-Йорке, все же они смогли заметить отличие в поведении горожан. Здесь, в Сан-Франциско, у людей, казалось, было гораздо больше времени, чем у жителей Нью-Йорка.
— Придется посидеть еще некоторое время в угоду старому Вилли, хотя у меня зудят руки от желания продолжить телефонные звонки. Только мне очень хочется знать, почему Вилли делает из этого тайну!
— Это мы скоро узнаем. Сейчас почти десять.
Грязная посуда с остатками завтрака была убрана, а чистые кофейные чашки сменили старые. Девушки могли наблюдать за Вилли, который проходил по буфетной и по залу для завтраков. Он придирчиво все осматривал, вытирал мебель, поправлял букеты цветов и выравнивал висящие картины.
— Он, кажется, кого-то ждет, — предположила Нита.
— Очевидно, свою подругу? — Фелициата застенчиво усмехнулась. — А почему бы и нет!
— И с которой он стал бы только любезничать!
— Или он хочет доказать нам, что у него еще есть шанс?
В это мгновение старая стеклянная дверь в буфетную с грохотом распахнулась. Юноша в застиранных джинсах, ругаясь на ходу, вошел в ресторан. На плече он держал тяжелый агрегат и непрерывно оглядывался в поисках чего-то. Сразу же за ним проследовало еще трое парней, громко переговаривающихся друг с другом и тоже тащивших внутрь какие-то предметы. Нита увидела уже раскатанный кабель.
— Похоже на киносъемочную группу, — тихо прошептала она Фелициате. При слове «кино» обе вспомнили вчерашний разговор с Вилли.
— Он все же что-то сказал о фильме и что мы, очевидно, тоже?.. — вслух соображала Фелициата. — Да, это может быть интересно! — В это время девушки увидели, что Пауль поспешно пересекает зал недалеко от их стола.
— Пожалуйста? — крикнула Фелициата. — Мы хотели бы знать, что… — Но маленький старый человек прошел мимо, не обратив на них внимания.
Дополнительно принесенная аппаратура была установлена в буфетной. Потом в дверь вошла группа очень красивых девушек и один юноша; все они, громко и весело болтая и смеясь, рассаживались в зале на свободные места. Самая голосистая и красивая из них, которую остальные звали Сюзан, подошла к столу Ниты и Фелициаты, схватила свободный стул, повернула его деревянной спинкой к себе лицом и села, глядя на двух подруг. Она уже открыла рот, чтобы спросить о чем-то у Ниты, но вдруг озадаченно остановилась, заметив, как девушки с окаменевшими лицами уставились мимо нее на входную дверь. Голоса! Они могли бы отличить их из многих тысяч! Это был Джерми! Это был Гарретт!
Фелициата схватилась за сердце и стала белой как полотно.
Нита, заикаясь, начала что-то лепетать:
— Я верю… я вижу… призраки! — При этом она не выпускала из поля зрения Джерми и Реда, как будто гипнотизировала их, и медленно поднималась.
Джерми громко, во весь голос, давал указания операторам. Гарретт на ходу перепроверял список. Они прошли через буфетную и вошли в зал для завтраков, уверенным взглядом оценивающе осматривая предметы сервировки, украшения, мебель и посетителей. И вдруг оба одновременно в изумлении открыли рты: «Что это?»
«Это» могло быть только миражом. Но сейчас, утром, в трудолюбивом Сан-Франциско… когда они оба трезвы?!
— Фелициата!
— Нита!
Чары были разрушены. Друзья буквально ринулись к маленькому столу, за которым с громадными вытаращенными круглыми глазами стояла Нита и, прижимая к сердцу руки, сидела Фелициата.
Обе девушки засмеялись и с повлажневшими глазами бросились в распахнутые для объятий мужские руки.
— Это чудо! — тихо прошептал на ухо Фелициате Джерми. — Откуда вы взялись? Я чуть с ума не сошел от страха, что больше никогда не увижу тебя!
— Ты изверг! — шепотом говорил Ред Ните, — ты чудесный маленький изверг! — Его губы нежно ласкали ухо девушки. — Большей радости ты не могла мне доставить! Когда же вы прибыли в Сан-Франциско?
Вокруг них образовался круг любопытных. Особый интерес проявляла Сюзан. Вначале она не совсем поняла ситуацию, но потом со злобным, перекошенным от ненависти лицом пристально уставилась на девушку, которой счастливо улыбался Джерми. Эта девушка точно была ей незнакома. О таком ангельском существе с волосами, как из белого шелка, она бы наверняка вспомнила.