— Он друг Люка, да? — спросил Бью. — Вы у него и познакомились? — Мелани молчала. — Люк представил тебе его?
— Нет, все не так, — наконец ответила она и подумала, что вряд ли Люка связывает что-нибудь с Джеком Вульфом, они такие разные. На самом деле Мелани мало понимала, как Люк делает деньги. — Мы познакомились совершенно случайно.
— Тебе повезло, — заметила Диана. — Он видный мужчина. ― Но не стала продолжать, услышав упреждающее покашливание мужа. — Сколько вы тут пробудете?
— Несколько дней.
— Но ты же вернешься домой ко дню рождения? Мы собираемся приехать специально к вечеринке, — начал было Бью, но Диана прервала его:
— Дорогой, это должен был быть сюрприз.
― Ничего себе сюрприз, если виновница торжества так и не появится!
— Я вернусь домой к этому дню, — заверила их Мелани.
— Обязательно приведи с собой Джека, — сказала Диана. — Нельзя же всегда скрывать от него семью, как бы это ни казалось поначалу заманчиво. Думаю, что ничего такого не случится, во всяком случае хуже, чем при первой встрече Хизер и Клаудии, не будет. Помнишь, моя дочь назвала Клаудию дешевой потаскухой прямо в лицо?
— Слыхала. Не надо было доводить до этого, Клаудия так была занята своей любовью, что ничего вокруг не замечала.
— Все из-за Мака. Это он явился яблоком раздора.
Эдвард удивленно глядел то на Мелани, то на жену, так как не слыхал всей этой истории.
— Хизер по уши втюрилась в Мака, обычная влюбленность школьницы, — объяснила дочь.
— Господи, да он же взрослый, он ей…
— …В отцы годится? — закончила фразу Мел. — Ты знаешь, некоторые девушки увлекаются мужчинами в возрасте, напоминающими им отца. А некоторые мужчины, Мак например, достаточно умны, чтобы не клюнуть на это.
Эдвард слегка побледнел от этих слов, и Мел решила, что ей пора уходить, пока она не наговорила еще чего-нибудь похлеще.
— Я должна идти, папа, а то Джек кинется меня искать.
— Не отпускал бы лучше, — немного съязвила Диана. — Скажи, а ты видела Хизер?
— Нет, но знаю, что неделю назад Маку удалось забрать ее с какой-то студенческой демонстрации. Волноваться не стоит, так как эта история не попала в прессу. Но я уверена, что в следующий раз Хизер постарается стать героиней первых полос газет.
— Мелани!
Бью пришлось встать между женщинами.
— Ничего, дорогой, Мелани права. У Хизер непреодолимое желание причинить всем побольше неприятностей. Помнишь, ты рассказывал, что у Клаудии тоже был такой период? А теперь, — она внимательно посмотрела на падчерицу, — настала очередь Мелани.
― Моя?
— Ну да. Тебе тоже хочется вести себя вызывающе, разве нет? Милая, невинная, очаровательная Мелани. Всегда такая вежливая, культурная, благодаря воспитанию мамы… — Диана жестом указала на остров: — Разве это все вяжется с твоим характером? Маленькое путешествие с любовником, пресса охотится за вами, так все круто… А любовник ли он, Мел? Честно говоря, я всегда считала тебя закоснелой девственницей. Ты в этом похожа на мать. Та попробовала один раз и больше не решилась…
— Диана! — в ужасе прикрикнул на нее Эдвард, но она не обратила на него внимания.
— Да, она тоже была милой невинной крошкой, — говорила она, покрасневшей от ярости, Мелани. — Эдвард мне все рассказал о ней…
— Рассказал все? Правда? — вскричала Мел. — Даже то, что она была его единственной, настоящей любовью? Нет, не была, потому что настоящая любовь не проходит. А знаешь, я понимаю, почему Хизер так разбушевалась. Ее отец герой, его все знали, про него печатали в газетах. Она даже ходила вместе со своей неутешной мамочкой во дворец получать папину посмертную медаль…
— Я знаю, что чувствует Хизер, Мелани, — перебила ее Диана. — Она переживает по-своему и имеет на это право. Может, видеть ее внутреннюю борьбу неприятно, но она не скрывает своих чувств. А что касается тебя… Пойми, наконец, твоя мама могла заполучить Эдварда в любой момент после смерти Элейн, но она боялась открыться ему.
— Диана, ради Бога! — взмолился Эдвард, которого вся эта сцена привела в ужас. — Прекрати! Хватит! — Он повернулся к Мелани. — Дорогая, иди. Прости, я не знал, что все так обернется.
Но он смотрел на нее так, словно не узнавал вовсе — такой он еще Мелани никогда не видел. Она же больше ни слова не сказала и быстро пошла прочь.
— А теперь объясни мне, что это, черт возьми, тут происходило? — обратился Эдвард к жене.
— Все очень просто, милый. Она ужасно злится на свою мать.
— На Джульетт? За что?
― За то, что та умерла и не дала сбыться красивой сказке. Но ведь хорошие девочки не сердятся на умершую маму, поэтому она решила разозлиться на меня, что легче.