— К сожалению, нет. Может быть, он и предложил бы свои услуги, если бы ты не появился.
— Еще бы, предложил бы множество услуг! Но проблема в том, Мел, что ты со мной. Весь день.
— О, не стоит так утруждаться, Джек, — невинным тоном заявила Мелани, которая уже вполне справилась с чувством неловкости и решила продолжать дразнить его, раз уж обнаружила у него слабинку. — Уверена, что у тебя на сегодня найдется много более интересных дел, чем нянчиться со мной!
При этом она одарила его своей знаменитой очаровательной улыбкой. Джек тоже улыбнулся, но как-то натянуто.
— Почему ты думаешь, что мне придется утруждаться, дорогая? Ты оказываешь мне здесь неоценимую услугу, так что самое меньшее, чем я могу отблагодарить, так это развлечь тебя.
— Скажите, пожалуйста, — проговорила Мел.
Некоторое время они ели молча, потом Мелани вдруг спросила:
— А ты знаешь, что многие люди приходят сюда на яхтах?
— Милая, зачем тогда построена эта замечательная набережная и этот роскошный причал? Как ты думаешь?
— Нет, я имею в виду, что сюда приезжают просто поужинать или пообедать с других островов. Это место славится своей кухней.
— Это тебе Гас поведал? — хмуро спросил Джек.
Мелани закусила губу. Джеку вряд ли понравится новость о том, что яхта ее папочки пришвартована у причала. Она посмотрела в окно и увидела Бью, стоящего на палубе и отдающего приказы матросам, — они собираются отчалить! Теперь уже поздно мириться с ними, извиняться… А вдруг нет? Она почти поднялась со стула.
— Мел? — позвал Джек, заметив, как она изменилась в лице. — С тобой все в порядке? Мел?
Яхта медленно двинулась вдоль причала…
— Все отлично, — сказала она, усаживаясь обратно на стул.
Действительно, какие проблемы? Она увидит их на дне рождения, всего через несколько дней. А Джек тем временем проследил за ее взглядом и тоже посмотрел на отплывающую яхту, чтобы отвлечь его внимание, Мелани быстро сказала:
— Слушай, но если ресторан пользуется популярностью, то почему же в отеле плохи дела?
Он метнул на нее сердитый взгляд.
— Ты у нас такая умная, Мелани, догадайся! — Он с шумом отодвинул стул, бросил салфетку на стол и встал. — Чуть позже пойду и возьму маски и ласты. Вдруг потом все расхватают.
И направился в холл отеля.
Потрясенная этой неожиданной вспышкой гнева, Мелани и слова не могла вымолвить. Она проводила Джека взглядом. Что я такого сказала, черт возьми?! — подумала она. Потом усмехнулась. Она его достала, это точно! А изображал из себя эдакого непроницаемого, железного человека! Определенно ему не нравится, что она вмешивается в его дела… А какие у него дела? Ведь если он приехал не «на разведку», как она считает, то зачем же притащил сюда ее? Для какого такого прикрытия?
Притащил! Будто она упиралась. Мелани вдруг почувствовала себя виноватой. Сама же все это затеяла, теперь надо расхлебывать. Какие бы у него ни были цели, она не должна без конца его подкалывать, упрекать. Какое ее дело? Надо было придумать другой способ помочь Пэдди, да и с арендой вопрос решаемый. Если бы не удалось получить то здание, можно было подыскать другое… Но это сейчас она так думает, а тогда ухватилась за идею использовать Джека. А может, были совсем другие причины, по которым она согласилась ехать с ним?
Мелани уставилась на голубую гладь моря. Она все время боялась задать себе этот вопрос. Сперва было легко не задумываться — спешка перед отъездом, сборы, маникюр, прическа, распоряжения по поводу почты и газет. Потом она воевала с Джеком…
Сейчас, спокойно разобравшись в сложившейся ситуации, пора признать правду: она приехала на острова с Джеком Вульфом потому, что сама хотела с ним пуститься в это путешествие. С того самого момента, когда он схватил ее за руку, не дал ей уйти и предложил сопровождать его, Мелани охватило непреодолимое желание быть с ним рядом где бы то ни было. Правда, потом ее разум взял верх, — или ей так казалось? — однако она не отказалась наотрез, когда Джек проявил известную настойчивость. А дальше… Дальше сплошные оправдания собственного безволия…
Хорошо. Потом ей так сильно захотелось маленького триумфа — чтобы он увидел Золушку, которая на самом деле все время была Принцессой.
Ну и что же из этого получилось? Ничего, и не надо обольщаться на этот счет. Удивить его она удивила, а дальше духу не хватило во всем признаться. Она даже представления не имеет, когда должен наступить ее момент истины.
Именно этого она и не хочет, потому что, когда все выяснится, то потом уже не будет ничего: ни разговоров, ни встреч, ни возможности играть с опасностью… Джека Вульфа для нее уже не будет.