– Успокойтесь, Бренна! Уверен, ваш брат сумеет найти выход, как и все люди подобного сорта!
– Вряд ли! Он в жизни не работал, и даже если бы и нанялся на службу, кто дал бы ему десять тысяч? Дядя, конечно, не станет помогать Квентину – у него достаточно своих финансовых неприятностей.
Бренна порывисто вытерла глаза. Не хватало еще плакать перед этим самоуверенным человеком, так невозмутимо глядевшим на нее!
– И вы явились сюда из-за этого, Бренна? – медленно протянул он.
– Да. Я… дядя требует, чтобы я вышла за Тоби Ринна. Но это невозможно. Тоби напоминает мне огромную отвратительную жабу, или насекомое, или…
Кейн, смеясь, поднял руку.
– Ну что вы! Другие девушки считают Тоби Ринна неотразимым! И таких немало! Бренна зябко передернулась.
– Фу! Только не я! Он омерзителен! И… – Она вспомнила, с каким злорадством Тоби объявил, что она после свадьбы будет вынуждена покоряться ему во всем. – Не важно. Я просто не могу. И скорее готова умереть.
– В таком случае откажите ему.
– Но у меня безвыходное положение. Квентину нужны деньги. Если я не выйду замуж… – Бренна осеклась, чувствуя его неотступный взгляд. Ну почему она приехала, почему? Но теперь выхода нет, придется продолжать. – Я… предлагаю вам жениться на мне, если вы заплатите долги Квентина.
– Что? – осведомился Кейн с непроницаемым видом.
– Я прошу вас жениться на мне. Вы находите меня привлекательной, не так ли? Я стану прекрасной женой, даю слово. Я…
Она хотела добавить еще что-то, но все слова заглушил громкий издевательский хохот Кейна.
– Ах вот что вам нужно! Замужество! Брак с известным… или печально известным Кейном Фэрфилдом! Так, так!
Кровь бросилась в лицо девушки:
– И что здесь плохого? Если обычно браки устраиваются родителями, родственниками или опекунами, почему сама невеста не имеет права найти себе жениха? Кроме нас с братом, из семьи Лохланов больше никого не осталось в живых, и нам необходимо самим заботиться о себе.
– Так вот почему вы надели вечерний туалет днем! Задумали соблазнить меня, верно? Признавайтесь!
– Это… это всего лишь уловка, на какую пошла бы любая женщина, – вызывающе бросила Бренна.
– Вы правы, – задумчиво произнес Кейн. – И ваша хитрость удалась.
Он потянулся к ней и, заключив в объятия, жадно впился в губы. Теплая рука скользнула в вырез платья, легла на грудь. Пальцы чуть сжали сосок.
Сквозь пелену сладостного безумия Бренна смутно сознавала, как жаждет прижаться к нему еще теснее. Но Кейн вдруг почти грубо оттолкнул ее.
– Кейн…
Неужели все кончено? Его близость опьяняла. Бренне хотелось, чтобы поцелуй длился вечно.
– Ты обольстительна, маленькая сучка. Богу известно, любой мужчина отдал бы все… Но тебе еще многому нужно учиться, Бренна. Я уже объяснил, что обладаю непредсказуемым характером, и невозможно угадать, что я скажу или сделаю. И ни одна женщина не смеет являться сюда и самонадеянно полагать, что я поддамся ее чарам, не выдержу искушения и женюсь на ней.
«Но… но вы поцеловали меня!» – едва не вскрикнула она, однако при виде мрачного, как туча, лица Кейна осеклась.
– Нет, Бренна, я больше никогда не женюсь – слишком дорога мне свобода. Терпеть не могу, когда меня душат поцелуями, объятиями и непрестанными просьбами! Конечно, я люблю женщин! Прекрасный способ приятно провести время…
– Приятный способ! И это все, что женщины значат для вас? – разъяренно взвизгнула Бренна, стискивая кулаки. У нее чесались руки дать ему пощечину, стереть с физиономии самодовольную усмешку. Девушка с трудом овладела собой.
– Почему нет? Для чего еще годятся женщины, кроме как развлекать мужчин? Дарить им наслаждение? Согревать постель и во всем угождать?
В его глазах мелькнула насмешка. Он издевается над ней!
– Вы… вы гнусный негодяй!
– Поверь, многие девушки не задумались бы стать моими любовницами. Я мог бы предложить женщине богатую беспечную жизнь и любые развлечения. Ей ни о чем не пришлось бы мечтать…
– Вы просите меня стать вашей содержанкой?
– Неужели это столь ужасная участь?
– Но я не из таких женщин! И не так воспитана, чтобы… чтобы… – заикаясь, пробормотала Бренна.
– Даже если я дам вам необходимые деньги? Девушка ошеломленно уставилась на него.
– Но это… это, как сказала Мэри… все равно что продать себя…
– Но разве вы не это делаете, когда просите жениться на вас?
Бренна моментально вскинула руку и с громким треском опустила ее на щеку Кейна. Удар был такой сильный, что заболела ладонь.
Какое-то мгновение они молча смотрели друг на друга – Кейн, онемев от гнева, Бренна – парализованная ужасом того, что натворила. Первым опомнился Кейн. Казалось, от него исходили волны ярости. Ямочки у рта почти исчезли, превратившись в глубокие горестные морщинки.
– Так вот оно что, моя дикая кошечка! Показываешь коготки? Ну что же, ты не получишь ни цента, не говоря уже о женитьбе! Я предпочитаю любовниц с более покладистым характером!
– Поверьте, кем бы ни была ваша любовница, мне ее жаль! – взорвалась Бренна.
– Ваше дело. Ну а теперь вам лучше уйти, юная волчица! Возвращайтесь к вашему дяде! Я мог бы предложить вам свое покровительство, но вижу, вы прекрасно способны сами себя защитить. – И, видя, что Бренна колеблется, добавил: – Чего вы ждете? Уходите! Прочь!
Девушка выбежала из дома на улицу, задыхаясь от рыданий.
– Домой, Тайни! – воскликнула она. – И побыстрее! Мне не нравится это место! От мерзкой вони меня тошнит!
Она уселась в экипаж, радуясь, что Тайни не видит ее лица, слез, катившихся по щекам и падавших на вышитую мантилью.
Глава 9
Решено было, что в ближайшее воскресенье обвенчаются сразу две пары – Бренна с Тоби и Абьютес с Монти. После неудачной встречи с Кейном, душа Бренны словно оледенела. Она молча и беспрекословно подчинялась любому приказу и соглашалась со всеми планами. Наверное, все это происходит во сне, и она вот-вот пробудится и вернется к прежней беспечной жизни. Приходилось скрывать свои чувства от Абьютес. Кузина была безоблачно счастлива надеждой стать в ближайшем будущем миссис Монти Карлайл, который тоже настаивал на возможно скорейшем венчании, поскольку его маленькая дочка нуждалась в материнской заботе.
С того дня, как Кейн выгнал Бренну, события стали разворачиваться с ужасающей быстротой. Бренна вернулась домой и нашла тетю в гостиной.
– Итак, племянница?
Ровена подняла голову от вышивания – уголки губ чуть изогнулись в легкой довольной улыбке, словно тетка уже знала, что собирается сообщить Бренна.
– Я… я решила выйти замуж за Тоби. – Слова, казалось, слетали с чьих-то чужих уст.
– Вот как? – Ровена перекусила нитку, поднесла канву к свету и критически оглядела. – Все же ты в конце концов опомнилась и перестала капризничать.
– Да. У меня нет иного выхода.
– Совершенно верно. И без того уже поползли сплетни о вас с Тоби. Уж я-то чувствую! За нашими спинами шепчутся, называют тебя потаскухой…
– Не верю.
– И напрасно. Ты не знаешь этих людей так хорошо, как я.
– Но… – заикнулась Бренна, охваченная гневом. На минуту в ней загорелось безумное желание наброситься на тетку, ударить, заставить замолчать.
– Разве неправда, – взорвалась она, – что дядя Эймос продает меня Тоби, словно цветную рабыню?
– Продает? – Ровена поспешно отвела глаза. – Что за вздор!
– Отчего же? Думаю, именно так и есть. Тоби и дядя Эймос задумали выгодное дельце. Эймос получает кругленькую сумму за племянницу, оставшуюся нищей да еще к тому же с погубленной репутацией!
Тетка нервно облизнула губы.
– Наглая ложь! Но к чему вообще говорить об этом? Что сделано, то сделано. Ты согласилась выйти за Тоби. Никто не посмеет судачить о его жене, а это самое главное, не так ли?
– Да, – выдавила Бренна, задыхаясь. – Но я делаю это только ради брата. Не сомневайтесь, я вижу вас насквозь! И меня не тревожит моя репутация!