Маша резво отщебетала заученную фразу, рассказала, что Аполлинарий Игнатьевич (и обозвали же родители так ребёнка) сейчас занят, но освободится через час. А пока я могу пройти на маникюр и педикюр.
- Ээээ…. Че?
- Педикюр и маникюр у нас делают в отдельном помещении, - терпеливо объяснила администратор.
- Не, это понятно. Только я тут при чем? Я записывалась на стрижку!
Маша, продолжая улыбаться, но все меньше понимая, что происходит, посмотрела на свои записи и ошарашила меня:
- Да, вы записаны на стрижку, покраску и укладку к Аполлинарию Игнатьевичу. Так же вы записаны на миникюр и педикюр к Ангелине и Светлане; на коррекцию бровей и макияж к Дмитрию.
- Не, не, не! Стапэ, дорогая! Еще скажите, что на депиляцию к Эдуарду.
Мария в мгновение просветлела, улыбнулась еще шире и добила меня:
- Конечно! Видите, вы все прекрасно сами помните.
- Так я ж пошутила. У вас что, реально депиляцию делает мужик? Прям везде? Даже зоны бикини?
- Эдуард – лучший в своем деле, - Мария ответила таким тоном, что я начала беспокоиться, не начнут ли меня бить за непочтительно высказывание в адрес истинного профессионала.
- Дурдом какой-то, - пробормотала, присаживаясь на нереально мягкую банкетку. В ногах правды нет. Лучше осознавать всю тщетность бытия, сидя на мягкой мебели.
- Милая леди, я так рад, что вы к нам вновь пришли!
Это точно Аполлинарий. Только он может так мило улыбаться и так искренне называть меня леди.
- Здравствуйте. Пришла, но опять какие-то непонятки получились. Я почему-то еще записана на кучу всего. Включая депиляцию.
- О, конечно! Если уж вы решили меняться, то нужно брать быка за рога и делать все одним махом! Кроме того, Эдуард волшебник!
Это было сказано таким тоном, что только таблички не хватало: Я гей, а Эдуард – мой возлюбленный.
И почему-то я еще не видела этого самого Эдуарда, но мысленно представляла себе волосатого громилу, с суровым взглядом, но добрым сердцем.
Божечки, куда я попала?
- Но депиляция, - беспомощно проблеяла, уже ведомая Аполлинарием в сторону того зала, куда тщетно несколько минут ранее, меня пыталась спровадит Маша.
- Да, да! Лазерная депиляция на лучшем аппарате. Не переживайте. Все будет в лучшем виде.
- Но я не рассчитывала на такие траты, - привела я последний аргумент. Явно, после того, как они осознают, что я могу оплатить только стрижку, даже без покраски, меня отпустят с миром. Я даже готова час подождать своей очереди на стрижку.
- Тут дело не в деньгах! – судя по всему, Аполлинарий обиделся. – Мне выпал такой шанс! Я давно мечтал о таком грандиозном проекте, и когда Зина позвонил и рассказал, что задумал, я не мешкал ни секунды. Я уже вижу тебя в новом образе. Я вижу…. А, впрочем, давай по порядку.
- Че?
- Это все потом милая, сейчас тобой займутся девочки и приведут в порядок твои пальчики. Негоже так запускать свои ноготочки. Через час я тебя заберу!
- Че? – опять повторила я, уже сидя в удобном кресле.
Одна девушка принялась за мои руки, вторая за ноги. Так, судя по всему, Михалыч под фразой «потом обсудим» имел в виду, что обсуждать он будет не со мной как дальше действовать. Или он решил просто спихнуть на Аполлинария все заботы, а сам будет не при делах? Ладно, чего гадать, скоро все узнаем.
12
Скоро не получилось. Час длился маникюр-педикюр, а затем меня отправили на лазерную депиляцию. Я честно брыкалась и протестовала, но вновь появился Аполлинарий и мягко передал меня в руки Эдуарду. А стричь меня сегодня будут?
В общем, Эдуард оказался именно таким, каким я его себе представляла – здоровяк грозной внешности, но очень мягкий. Он вызывал умиление и ассоциации с плюшевым медведем.
Весь такой деловой, деликатный в очках и белоснежном халате. И совсем не пошлый. Шуточки у него порой были ниже пупка, но никак не ниже пояса. И располагал он к себе. И лазерная депиляция — это вовсе не больно. И он действительно милый, как плюшевый медведь.
Думала, после депиляции меня наконец-то постригут, но нет. После депиляции мне продолжали удалять все ненужные волосики, зато теперь уже на бровях. Но вновь-таки умелые мужские руки.
Я уже не протестовала. Просто возмущалась каждый раз, когда Дмитрий выщипывал ненужные «бровинки». Покраска бровей и макияж – каких-то полчаса. Думала, сейчас сделают боевой макияж, но нет – все настолько естественно, будто и не делали ничего.
И вот он момент истины! Наконец-то меня усадили в кресло к Аполлинарию. Я пыталась начать объяснять, чего хочу, но мужчина жестом велел замолчать. Противным таким жестом. Когда рукой показывают, чтоб ты «захлопнул варежку». Эй, я же клиентка! Хоть и плохонькая, хоть и бедная, но клиентка.