— А где же пудинг? — разочарованно протянул Стэн. — Он придал бы этому празднику обжорства законченность.
Энн хотела стукнуть нахала ложкой по рукам, но он ловко увернулся.
— Ах ты невыносимый, самодовольный тип!
— По-моему, капелька самодовольства — самое то, что мне надо. Садись сюда, — попросил он и похлопал рукой по кухонному диванчику рядом с собой.
Энн с радостью послушалась и склонила голову ему на плечо. Стэн обнял ее за талию.
— Знаешь, знакомство с тобой полностью изменило мою жизнь, — призналась она — А особенно вчерашний вечер и сегодняшнее утро. Но я все равно не хочу пока строить никаких планов. После смерти Бернарда мне поневоле пришлось привыкать жить сегодняшним днем, не задумываясь ни о прошлом, ни о будущем. И я привыкла. Впервые встретившись с тобой, я уже знала, что между нами что-то произойдет. Давай же наслаждаться тем, что есть. Я собираюсь, как ты говоришь, ловить момент.
— Тогда лови его вместе со мной, — предложил Стэн.
Однако три дня спустя все планы Энн рухнули.
Вечером, около половины восьмого, она переодевалась из рабочей одежды в удобные джинсы и свитер. В ее душе царили мир и покой. Внезапно раздался звук поворачивающегося в замке ключа. Энн в тревоге выскочила в коридор.
— Кто тут? — прерывающимся голосом выкрикнула она.
И испуг мгновенно сменился леденящим душу ужасом. В полумраке смутно вырисовывался стоящий в дверном проеме мужчина — высокий, светловолосый, стройный. Бернард, ее погибший жених! Энн едва не лишилась чувств. Но тут незваный гость шагнул ближе к свету, и наваждение растаяло, хотя Энн все равно отказывалась верить собственным глазам. Это был Бен, старший брат Бернарда, почти точная его копия.
— Как ты меня напугал! — сердито закричала она. — Разве так можно? Бен, почему ты не написал, не позвонил?
— Да как-то в голову не пришло, — растерянно пробормотал он, проходя в прихожую и скидывая с плеч огромный рюкзак. Выглядел он неважно — усталый, подавленный.
Придя в себя, Энн бросилась к Бену и обняла его. Он поцеловал ее в щеку. От старой штормовки исходил хорошо знакомый запах костра — запах дальних походов и нелегких восхождений. Энн уже много месяцев не видела Бена.
— Только сегодня вернулся из Канады, — сообщил он. — Совсем одичал. Мне надо столько всего тебе сказать, но с этим можно и не спешить. У тебя найдется что-нибудь поесть?
Энн просто не знала, что сказать.
— Проходи, прими душ, — наконец вымолвила она. — А я пока пошарю в холодильнике.
Первым ее побуждением было позвонить Стэну. Ей отчаянно требовалась помощь. Только-только начала думать, что избавилась от призрака Бернарда, — и вот вам, пожалуйста. Его брат принес с собой воспоминания о том, что так хотелось забыть. И Энн почти сумела это сделать. Но Бен — Бен явно ничего не забыл.
Вытащив из холодильника пиццу, она сунула ее духовку, а сама присела подумать. Следовало признать досадную правду: она не хочет, чтобы Бен оставался здесь. Но не гнать же его!
Все друзья и знакомые Бернарда так жили. Постоянно возникал кто-то, кто оказывался тут проездом, кого требовалось приютить на ночь, постелить кровать — а точнее, разгрести место для спального мешка. Всех их связывали узы братства. Сколько раз и она сама вот так же ночевала на полу в чужих домах.
Бен тоже учился на врача и даже получил диплом, но никогда по-настоящему не занимался своей профессией. Работал где-нибудь несколько месяцев, чтобы накопить денег, а потом отправлялся на край света и возвращался, лишь истратив все до последнего. Он всегда объявлялся вот так, неожиданно, и спал в гостевой спальне, где теперь хранился всякий ненужный хлам. Похоже, он даже не подозревал, что ситуация может измениться. И как ему об этом сказать?
Однако когда Бен вышел из ванной и уселся напротив нее за стол, Энн невольно смягчилась. Брат Бернарда сильно похудел, осунулся, на виске появился новый шрам. Раньше он много смеялся, но сегодня был серьезен и задумчив. Энн налила ему пива.
— Поживу тут пару недель, огляжусь, потом подыщу себе какую-нибудь работенку, — сообщил Бен. — А то я порядком поиздержался. Но на этот раз я решил побыть в Нью-Йорке подольше. Хватит с меня странствий.
— Откуда у тебя этот шрам? — спросила Энн.
Бен засмеялся, залпом осушая стакан.
— А еще пива нет? Я сорвался с той самой скалы, где погиб Бернард. Решил, что ради него обязан покорить эту вершину. Но это оказалось труднее, чем я думал. Провалялся потом в больнице пару месяцев.