Энн очень надеялась, что Стэн уже ушел. Но он снял трубку почти мгновенно. Боже, что делать! Думай, Энн, думай! — приказала она себе.
— И пусть не смеет больше сюда звонить! — злобно прошипел Бен.
Энн и сама слышала, как дрожит ее голос, поэтому нарочно подпустила в него побольше паники.
— Стэн, это Энн. А теперь слушай и запоминай. Сегодня мы с тобой не увидимся. Я говорила с Беном, он сейчас тут, со мной. Мы с тобой вообще больше не будем встречаться. Ты понимаешь, Стэн? Понимаешь?!
Короткая пауза.
— Да, — наконец раздался в трубке голос Стэна. — Да, я все понял. До свидания.
Раздались короткие гудки. Энн молила Бога, чтобы Стэн уловил тайный смысл ее слов. Но что он теперь предпримет?
— А теперь идем за кольцами! — все тем же приказным тоном распорядился Бен. — Прости, что ударил тебя, но иногда без этого не обойтись. Женщина должна знать свое место.
И как ни в чем не бывало улыбнулся ей прежней обаятельной мальчишеской улыбкой. Но на сей раз от этой улыбки Энн бросило в дрожь.
— Но я не могу пойти в халате, — осторожно возразила она. — Мне надо переодеться.
— Ничего, ты и так хороша! Вздумала снова меня обхитрить? Ладно же, я передумал! Мы никуда не идем.
— Как скажешь, Бен. Посидим, поговорим, выпьем чаю.
— Ты превратила квартиру неизвестно во что. Мне тут не нравится. Ничего, как раз будет чем заняться. Давай доставай старые книги и фотографии.
Энн вынуждена была повиноваться. Бен не отпускал ее от себя ни на шаг. Вместе они перенесли обратно в гостиную все старые книги, фотографии и даже ненавистную рыбу-шар. Но сжигавшее Бена нетерпение не позволило ему расставить все по местам, и он попросту свалил вещи на пол.
Энн как врач видела, что грядет кризис. Настроение Бена менялось чуть ли не ежеминутно. Единственное, что оставалось пленнице, — это подлаживаться под него и надеяться, что Стэн все понял. Но что тут мог сделать даже Стэн?
Она опустилась в кресло. Бен ни на миг не спускал с нее глаз. Он постоянно бормотал что-то себе под нос, а это был плохой признак. Еле сдерживая слезы, Энн пыталась отвлечься и взглянуть на него глазами специалиста. Представить, что дело происходит в больнице и она просто-напросто ставит диагноз, а не находится один на один с обезумевшим маньяком. Итак, что же с ним такое? Что бы ни было, болезнь явно прогрессирует. И скорее всего — недуг носит психический, а не физиологический характер.
К сожалению, Энн понимала: даже если проявить чудеса кротости и смирения, надолго Бена не хватит. Он навоображает невесть что, обидится и того и гляди вновь набросится на нее с кулаками. Все в душе Энн возмутилось при мысли, что ее снова могут ударить. Нет, такого она не потерпит! Но Бен гораздо сильнее ее. Как быть? И оружия под рукой никакого? Разве что первой огреть его чем-нибудь? Энн бросило в дрожь: она врач, а не преступник какой-то!
А может, кинуть что-то в окно? Вдруг звон стекла привлечет внимание прохожих? Или что там еще советовали на лекции по самозащите?
Внезапно снаружи раздался какой-то шорох. Энн увидела, что занавеска на окне слегка колышется. А ведь она открыла его, когда пришла. Надо срочно отвлечь Бена!
— И долго ты собираешься меня тут продержать? — нарочито громко начала она. — Бен, ты ведь понимаешь, что мы не можем остаться тут навсегда. Рано или поздно меня начнут искать.
Уловка возымела желаемый эффект. Бен повернулся к ней, явно не замечая ничего вокруг.
— Я что-нибудь придумаю. Если бы не твое упрямство, все было бы гораздо проще. Угораздило же тебя связаться с этим Стэном! Ты ведь знаешь, что можешь выйти только за меня.
— С чего ты взял? Я ведь не давала тебе никакого повода так думать! Бен, пойми, тебе требуется медицинская помощь, ты болен.
— Я совершенно здоров и в своем уме! Не смей больше так говорить, а не то снова получишь, и на этот раз уже по-настоящему.
Он угрожающе шагнул к испуганно сжавшейся молодой женщине. Но тут раздался треск и в комнату вскочил Стэн.
Энн поняла, что он воспользовался пожарной лестницей, которая проходила как раз под ее окном. Какой умный! Она вмиг почувствовала себя в безопасности и даже засмеялась. А вот это уже было ошибкой.
Бен решил, будто она смеется над ним.
— Надуть меня решила! — завопил он. — Ну я тебе покажу!
Но бросился не на нее, а на Стэна. Похоже, тот ожидал подобного поворота событий и шагнул навстречу Бену, но споткнулся о груду книг, пошатнулся и упал. Бен тут же схватил тяжелый табурет и занес его над головой противника. Энн знала, что такого удара хватит, чтобы размозжить череп. Отчаянно рванувшись вперед, она схватила первое, что попалось под руку — а этим первым оказалась ненавистная рыба-шар, — и ударила Бена лампой. Правда, удар вышел не сильным, но Бен все равно отлетел в сторону. Тем временем Стэн успел подняться и, кинувшись к поверженному врагу, чем-то брызнул ему в лицо из баллончика. Раздалось шипение, запахло чем-то химическим. Бен взвыл, обеими руками схватился за лицо и обмяк, кашляя и всхлипывая.