А та стоит среди девиц,
Из рук бросают они птиц,
Из теста жаренных в печи,
И ловят. Тут же князь схватил,
Ту, что она вверх запустила,
Любша гладит: - Ну что за сила
Тебя заставила отнять,
Здоровье, да и благодать,
Что я хочу поймать?
Верни же, князь, тебя прошу,
Мне птичку. Он же уж ко рту.
Ее подносит и съедает.
— Ох, Любша. Даже и не знаю
Как мне теперь ее отдать.
Похоже, что придется взять,
Меня всего тебе теперь.
Нет краше в мире, уж поверь,
Чем ты, красавица моя!
Хочу женой я взять тебя!
– Ты шутишь, князь! — Любша смеется.
— Лишь только солнце повернется
Луна на небе круг свершит,
Пускай мои сваты
В твой дом придут. Согласна ль ты?
Она смутилась и стояла,
Ответа князю не давала.
— Ну, что молчишь, краса -девица?
— Изволь же князю поклонится,
Ее шпыняют девки рядом,
Та поклонилась. — Как же? Надо,
Узнать сначала нам друг друга.
Ведь в дом берешь, ты князь, супругу.
— Я знаю все уж про тебя,
Подумай, Любша. Жду три дня.
Скоро и праздник завершится.
Позволь, красавица проститься,
С тобой до той поры,
Пока подумаешь. И вы! —
К народу Волхов обратился
— Я от души повеселился,
Теперь пора уж и отчалить,
В ладье меня давно заждались.
Еще раз на нее взглянув,
Волхов ушел. — И я пойду.
Сказала Любша двум подругам.
— Знаешь, подруженька. Ты дура!
Одна сказала с горяча.
Неужто каждый день князья,
Тебе женой стать предлагают,
Горда, ты Любша. Всякий знает.
Но при всех князю отказать!
Ну надо же сказать
Такое
Великому Руси герою!
Любша смутилась, промолчала.
И с праздника тотчас сбежала.
Отца среди мужей нашла,
Мать тут же рядом с ним была.
Жили они от города далече.
— Гляжу, ложится уже вечер-
Пора бы в путь нам отправляться,
Как бы в дороге не нарваться
Нам на лихих, чужих людей.
Давайте, милые, скорей.
Домой вернемся по светлу.
В повозку посадил жену.
Любша сама в возок вскочила,
Служанку свою поманила,
И выехали те домой,
С ними охрана и конвой
Из шести бравых молодцов.
Отец же Любши кузнецом
Был славным, как и все в роду,
И слали многие к нему
В учение своих сынов.
Чтобы готовил мастеров.
Таких как сам. Ведь лишь одна
Любша у них с женой была.
Был старший сын. Но тот погиб,
Когда пришли в их весь враги,
Пред самой свадьбой зарубили,
Долго родители тужили,
И всю любовь своей души,
Для дочки отдали они.
А ночью снился ей Волхов.
С ним шла она с тени лесов,
В дубраве древней у реки,
Венчали старые волхвы.
Их на честную жизнь в семье,
А утром, на заре
Она решила, что пойдет,
За Волхова, коль позовет.
Но вот три дня давно прошло,
Но нет ни князя, ни его
Посольства чтобы Любшу сватать.
Месяц прошел. Напрасно.
Ждала его в своей избе.
Нет князя. Не пришел он к ней.
Немного Любша повздыхала.
Но делать нечего. Ковала
Железо в кузнице с отцом,
По всей округе лишь ее
Стрелы ценились. Лучше нет.
Точнее не видал весь свет,
Чем стрелы те, что лишь она,
Могла ковать и шла молва,
Что дед ей чары передал,
Такие же и он ковал.
Дочерью отец своей гордился.
Но мать вздыхала, что родился
Лишь сын один у них в семье,
И тот погиб. - Ну кто же мне
В доме поможет вышивать?
Приданное кто будет ткать?
Кто замуж дочь мою возьмет,
Коль та не сеет и жнет,
С прихватом не накоротке,
И не умеет печь,
Ни пирогов, ни суп сварить,
Свекровь такую полюбить,
Не сможет и в дому принять!
– Ох, успокойся, мать!
Кузнец осаживал ее.
- Все женщины умеют все
В хозяйстве и доить и шить,
Но вот такие стрелы лить,
Ковать никто из них не может.
— Ах. Правда твоя. Да и все же
Душа моя за дочь болит.
— Ну полно. — Любша говорит.
Служанки есть в дому у нас,
Ты заправляешь всякий час.