Но помни! Каждая из них
Тебя ужалит и в живых
Остаться сможешь ты едва ли.
И ей старуха показала,
Корзину в пять локтей,
А в ней
Полтыщи мелких тонких змей.
Переплетаются, шипят.
Вцепиться в Любшу норовят.
Все в девушке захолодело.
Но та вздохнула и умело,
Огонь в печи быстро зажгла,
Из кожи справила меха
И стала змеек доставать,
И тихо заговор шептать:
«Как на острове Буяне
Во морю да океяне
Белый Алатырь стоит
На нем Маха- дева спит
Маха! Змеям всем царица,
Ты вели угомониться,
Подданным своим сейчас,
Пусть не жалят целый час,
Пока делаю работу,
Пусть идут ко мне с охотой,
Их в кольчугу заключу,
Выполни как я прошу!»
Змейки тут угомонились,
Успокоились, ложились
На ладонь, девицы смело,
Но закончить за час дело
Любша все же не успела
И последнее кольцо
Вдруг ужалило ее.
— Что же — Ведьма заскрипела,
Жаль. Что не успела,
Уложиться в свой ты срок.
Пока час тот не истек,
Что у Махи ты просила.
Но работу завершила.
Ведьма щупает кольчугу,
И дивится тому чуду
Змейки сплетены живые,
В кольца тонко завитые,
Извиваются. Шипят
Жалить ведьму норовят.
— Да. Такие уж давно,
Не делает никто — Позабыто волшебство.
Ну что ж, садись и слушай
Медок хмельной откушай.
Он успокоит боль в руке.
Но, девка, помереть теперь
Ты можешь от укуса гада,
Коль не найдется против яда
Другого волшебства.
И лишь любовь спасет тебя.
Коль тот, кто любит поцелует
Кто сердце девичье волнует.
Всего в запасе две луны
Коль не спасешь Волхова ты,
Умрешь. Хотя и очень жаль,
Но слушай же и не мешай.
Твой князь с ушкуйниками бился,
Кто с Камы берегов явился,
Чтобы разбой вокруг чинить,
Вот и не смог он победить.
Главарь по прозвищу их Ксай.
Заклятье наложил. И знай,
Что снять его ты только сможешь,
Коли добыть сумеешь все же
Папоротника цветок,
На землях чуди он растет,
Тех, что живут вблизи Оби.
Туда полгода лишь пути
И видно к цвету не успеешь.
Через три дня он заалеет.
Русалка тут же спохватилась,
— Мы доплывем, чтоб в срок вложилась.
— Но я еще не все сказала,
Зло ведьма Любше прошептала.
—Так вот
Как только зацветет
Его должна быстро сорвать
И без оглядки убежать.
Иначе Вий схватит тебя,
Тогда судьба твоя страшна.
Себя погубишь да и князя.
Коли цветок не схватишь разом
Вий тебя тут же заберет,
И в царстве тьмы на век запрет.
— А дальше? Коль цветок добуду?
— Ну, ты смотри! Откуда?
В тебе уверенность такая
Две тыщи лет живу! Не знаю.
Подобных в мире смельчаков.
Кто Вия избежал оков.
— Что дальше делать? Говори!
Старуха, сердце не томи.
— Подскажет дальше все цветок.
Все уходи! Устала. В прок
Пусть будет тебе мудрость эта.
Но помни, до исхода лета,
Исполнить нужно до конца,
Иначе князь твой навсегда,
Волком останется. Тогда.
Никто и не спасет тебя.
Старухе Любша поклонилась
И в путь с русалкою пустилась.
Поплыли к берегу Оби,
Там чудь жила из старины
Глубокой и чужих
На земли свои не пускала,
Кто приходил. Всех чаровала,
Завороженные волшбой
Люди ходили и покой,
Не знали больше никогда.
Вот и Оби уж берега.
Гуляют рядом с берегом стада,
Коней прекрасных и могучих,
Среди лесов и ельников дремучих,
Виднеются строений очертанья,
Любша на берег вышла зная,
Что нужно ей к цветку идти,
Но мимо веси не пройти.
Тогда решила сама сдаться,
На милость чуди полагаться.
Пришла к воротам, постучалась,
И именем своим назвалась,
Открылась створка, заскрипела,
На двор широкий Любша смело
Заходит.
Ее к хозяину проводят.
— Ну сказывай, зачем пришла?
— Поверьте! Воля не моя
Нарушить ваш была покой.
Через селенье в лес густой
Пустить прошу к чудо-цветку.
Там камень и к нему
Меня послали за цветком.
Хозяин улыбнулся. А потом
Ей молвит: — Любша, ты смела!
Неужто ведьма не дала
Тебе напутствий в путь далекий,
— Похоже извести до срока
Задумала ее карга-
Сказала вдруг из-за стола
Женщина дивной красоты.
— Что делала для ведьмы ты?
— Кольчугу из змеиных тушек.
— Вот теперь ясно, что не нужно
Тебя в живых ей оставлять,
Иначе гномы смогут взять
Тебя к себе. И обмануть.
Старухе знаний не дадут.
Хозяин к Любше обратился.
— Но все же это не годиться
Тебя так просто отпускать.
И жаль тебя нам чаровать.
Да делать нечего. Закон!
И должен быть он соблюден.