"Почему она вдали от своей семьи? Кто обеспечивает ее денежными средствами, ведь аренда таких апартаментов, как в замке Даркхолт, обходится не дешево, да и наряд, который был на ней в опере, отличался изысканностью и вкусом, присущими французским кутюрье, а, следовательно, стоил очень дорого. Да я же о ней совсем ничего не знаю, кто она и откуда?" За такими размышлениями застала его девушка, сама не подозревая, насколько сильно заняла ее персона все мысли мужчины.
Поприветствовав девушку кивком головы, Блэйкстоун предложил ей присесть в кресло возле камина. Лизабет не стала выражать какое-либо несогласие, присаживаясь в указанном месте. Дождавшись, пока девушка расправит все видимые и невидимые складки на подоле платья и поднимет на него свои прекрасные глаза, обрамленные густыми черными ресницами, герцог сдвинулся с месса и тоже занял другое кресло напротив. Он какое-то время молчал, не зная с чего начать, затем неожиданно спросил:
— Вам нравится моя дочь Виолла?
— Она очень милый ребенок, ваша светлость, — ответила девушка осторожно. — Да, очень нравится, да и как она может не нравиться?
— Хм, я рад, что вы находите Виоллу милым ребенком, — откинувшись на спинку кресла, произнес в ответ Блэйкстоун.
Подумав немного, он продолжил:
— Как вы считаете, мисс Уэлсон, следует ли отправить Виоллу в пансион для девочек за границу или нет? — казалось, слова даются ему с трудом. — Не должен ли я пересмотреть это решение?
Вот что-что, но этого Лизабет никак не ожидала, а именно, что герцог будет советоваться с нею о том, как распорядиться судьбою его единственной дочери и наследницы. Она внимательно посмотрела на него, желая прочесть его мысли. "Что он задумал? Причем тут я?" — думала она, в нерешительности теребя черную шелковую ленту на корсаже платья.
— Вряд ли, ваша светлость, я могу что-либо советовать в данном вопросе, — ответила она, немного нахмурившись, — к тому же не лучше ли спросить об этом ее мать?
Герцог горько усмехнулся, и покачал головой из стороны в сторону.
— Если б это было возможно, я бы спросил.
Ответ поставил девушку в тупик, разве не может он переговорить с герцогиней о судьбе ее дочери?
— А что вам мешает? Я слышала, герцогиня скоро должна посетить замок, — возразила Лизабет, недоумевая.
— А-а-а, вы про ее светлость, — как-то неопределенно пробубнил Блэйкстоун и потер подбородок рукой, затем добавил иронично. — Ну, конечно, о ней, о ком же еще… Но, видите ли, она вряд ли скоро будет в Даркхолте, у нас с нею негласный договор, можно и так сказать, никогда не появляться одновременно в одном и том же месте. В опере было исключение… общественные места не входят в этот список, — он сказал это словно нехотя, через силу.
Лизабет была поражена и тем, что он был с нею настолько откровенен, чтобы раскрыть свои семейные проблемы, и тем, что не жил с женой, как с женщиной. Ей вдруг вспомнилось, что он говорил в пещере, мол, давно не был с женщиной, тогда она ему не поверила, теперь же думала, что он, скорее всего, не совсем и солгал.
Девушка молчала, не зная, что сказать на данное высказывание, отчего-то чувствуя неловкость.
— Так что вы посоветуете, мисс Уэлсон? — он смотрел на девушку с каким-то серьезным ожиданием.
Ей вдруг показалось, что ее проверяют, и от ее ответа зависит дальнейшее отношение герцога к ней.
— Хм, может я и скажу не совсем то, что вы ожидаете услышать, но…, — Лизабет бросила на герцога испытывающий взгляд, — не думаю, что отправлять ребенка в возрасте леди Виоллы далеко от родного дома и людей, которых она любит, будет гуманно и правильно. Ее психика может очень тяжело перенести подобные перемены в образе ее жизни. Но решать все равно вам, ваша светлость.
Блэйкстоун вдруг слегка поморщился, словно официальное обращение звучало для него не слишком приятно.
— Мисс Уэлсон… Лизабет, — он неожиданно наклонился, и взял девушку за руку, которую та хотела отдернуть, но не решилась оскорбить мужчину таким жестом.