Он проникновенно продолжил:
— Лизабет, могу я обращаться к вам по имени, когда мы наедине?
— Не думаю, что это будет правильно, ваша светлость, — чопорно ответила Лизабет, все же пытавшись выдернуть свою руку.
Герцог нахмурился, упрямо поджав губы, но руку девушки выпустил.
— Я только хотел попросить вас не быть столь жестокой по отношению ко мне. Я не прошу о большем, только о праве обращаться к вам менее официально, не всегда конечно, чтобы не ставить вас в неловкое положение перед другими людьми. Меня кстати зовут Нортоном. Вы тоже можете звать меня по имени, Лизабет.
Просительный тон и лукавые искорки в глазах могли растопить любое ледяное сердечко. Девушка вполне отдавала себе отчет в том, что она тоже близка к тому, чтобы уступить в столь маленькой просьбе. Было только одно "но", не последуют ли за маленькими уступками большие, не даст ли она знать его светлости о своей сердечной слабости перед ним, если вдруг произнесет его имя вслух. "Нортон, — словно смакуя, повторяла она про себя его имя, — такое располагающее, обезоруживающее и нежное на слух. Нет, я не должна позволять ему переходить грани дозволенного, иначе я погибну".
Герцог внимательно следил за выражением лица девушки, на котором отражалась целая гамма чувств, начиная от удовольствия вместе с удивлением, затем настороженность и последнее — отрицание. Удивительная сила воли и самоконтроль отличали эту потрясающе красивую девушку, которая могла одним только взглядом или улыбкой сделать его своим рабом или слугой. Любая другая, не задумываясь и не терзаясь сомнениями, воспользовалась бы его слабостью и ситуацией, желая извлечь для себя огромное количество преимуществ и выгод, но не эта — гордая и в то же время наивная, отважная и дерзкая мисс Уэлсон.
Герцог резко поднялся, и прошел к окну, повернувшись к сидящей девушке спиной. Ее гордое молчание было ему ответом. Покачавшись на месте с пятки на носок и обратно, он снова заговорил:
— Спасибо за совет, мисс Уэлсон. Должен вам сказать, что и мистер Фримен говорил мне то же самое, почти слово в слово… Вы, случайно, не это обсуждали в библиотеке после званого обеда? — вопрос был задан равнодушным голосом, однако некая нотка напряженной агрессивности, заставила Лизабет ощутить волну ревности, идущую от мужчины.
— Нет, ваша светлость, — ответила Лизабет, вставая с места и собираясь откланяться. — Он мне объяснял, как можно бороться с приступами головной боли.
Блэйкстоун повернулся к ней лиц. Взгляд при этом был скорее сердитым, то ли от ее упрямого нежелания быть с ним откровенным, то ли от того, что она снова обратилась к нему в официальном тоне, не воспользовавшись любезно предоставленным правом быть более ближе к нему. Он видел, что девушка стремиться поскорее откланяться, но у него остались еще кое-какие невыясненные вопросы.
— Мисс Уэлсон, присядьте, я еще не окончил разговор, — он махнул рукой на кресло и прошел из стороны в сторону, явно не сомневаясь, что девушка так и сделает.
Лизабет на подсознательном уровне захотела воспротивиться.
— Ничего, я постою, — ответила она уверенно, и, обойдя вокруг кресла, облокотилась о его спинку.
Герцог вдруг горько рассмеялся.
— Вы неподражаемы…, — улыбка абсолютно преобразила его лицо, сделав его моложе и более мягким. — Я только хотел спросить, не желаете ли вы после ярмарке вместе с Виоллой и миссис Бигли совершить небольшую экскурсию в Рамсгейт? Это очень симпатичный портовый город, думаю, что он должен быть вам интересен не меньше, чем Виолле. И раз уж вы говорите, что девочка вам нравится, то ее присутствие не будет вам в тягость. Что скажете?
Лизабет была приятно удивлена прозвучавшим предложением, поэтому хотела тут же ответить согласием, как вдруг натолкнулась на его взгляд, который излучал нетерпеливое ожидание.
— Но с леди Виоллой может поехать мисс Торнтон, разве нет? — неуверенно спросила девушка и потерла кончик носа, который вдруг очень сильно зачесался.
— Нет, не может, — спокойно ответил герцог и, заметив непонимание на лице Лизабет, добавил, — она сразу после ярмарки сложит свои полномочия гувернантки и покинет замок.
"Что же послужило последним толчком для принятия подобного решения?" — спрашивала она себя, опустив взгляд на свои руки, которые поглаживали спинку кресла.
— Мисс Уэлсон, — голос мужчины вывел ее из задумчивости, — скажите, вам не было бы в тягость или неприятно позаниматься с моей дочерью пока не будет принята новая гувернантка?
Заметив, что девушка хочет что-то сказать, и, испугавшись, что сейчас прозвучит отказ, он быстро заговорил: