Чувствуя, что от всех грустных мыслей у нее разболелась голова, Лизабет решила выйти в сад. Время близилось к полудню, солнце уже стояло достаточно высоко, нагрев землю и разогнав хмурые тучи. Тем не менее, погода в любую минуту могла вновь испортиться и, если еще промедлить, прогулка будет испорчена. Быстро накинув теплую шерстяную накидку и надев на голову черный капор, завязывающийся под подбородком атласной черной лентой в изящный бант, девушка отправилась по винтовой лестнице в парк, не желая встречаться с кем-либо из хозяев и их гостей в парадном холле.
Пережив несколько неприятных минут из-за спуска по скользкой лестнице в круглой башне, которую когда-то ей показал немногословный слуга Бен, Лизабет вышла к фонтану. Пройдя по дорожке и свернув направо, девушка медленно побрела по направлению к беседке. Осень брала бразды правления в руки, окрашивая все больше деревьев и кустарников в желто-оранжевые цвета. Медленно продвигаясь между изящно постриженными кустарниками и карликовыми деревцами вперемешку со статуями, девушка задумалась о своем отчем доме. Она волновалась о том, как движутся дела в поместье Винтер-Холл, вступил ли уже в права наследования ее враг, мистер Шелдон, не распродал ли он имущество и конюшню, в которой содержались великолепные породистые лошади?
Выйдя к беседке, Лизабет вдруг заметила, что полюбившееся место для уединения уже занято. Мисс Торнтон ворчливым тоном что-то снова выговаривала Виолле, отчего обычно жизнерадостный ребенок выглядел понуро и сердито. Однако, едва завидев полюбившуюся ей постоялицу, мисс Уэлсон, Виолла радостно вскочила и сбежала по лестнице. Ухватив девушку за руку, девочка втянула ее за собой в беседку.
— Мисс Уэлсон, я так рада, что вы пришли, а то мне мисс Торнтон не разрешает к вам приходить, говорит, что я вам надоела уже… ведь это неправда, да, мисс Уэлсон? — Обеспокоенный взгляд ребенка, полный надежды, тронул Лизабет за сердце. Однако такая явная ложь со стороны гувернантки в душе Лизабет вызвала резкое негодование и осуждение.
— Мисс Торнтон, как всегда, ошибается, милое дитя, — ответила девушка, смотря на гувернантку как на зловредное насекомое. — Просто, очень часто некоторые взрослые люди принимают желаемое за действительное, и кроме того, что мешало вам, Леди Виолла, прийти ко мне и выяснить правду?
Девочка захлопала в ладоши, и заулыбалась.
— Я так и знала, что они ошибаются… вы меня любите и ни за что не стали бы прогонять, а вы, мисс Торнтон, очень злая и нехорошая. — Гневно глядя на съежившуюся гувернантку, девочка топнула ножкой и повелительно произнесла. — Я рада, что вы наконец-то оставите меня, а теперь уходите из беседки, я больше не желаю вас слушать.
Мисс Торнтон тут же вскочила и, комкая конец шали, накинутой на плечи поверх шерстяного платья синего цвета, мстительно произнесла в ответ:
— Я все доложу ее светлости, юная леди, тогда уж вам придется прислушаться к голосу рассудка. Ее светлость не допустит, что бы вы общались с этой … дамой неприличного поведения.
Лизабет гневно сжала губы и подняла бровь в удивлении от столь явно выраженного оскорбления в свой адрес.
— Вы забываетесь, мисс Торнтон. Ваша манера изъясняться поражает своей вульгарностью и отсутствием хорошего тона, которые должны быть присуще людям вашего рода занятия, — холодно произнесла Лизабет, крепче сжав девочку за руку. — Боюсь, что мое мнения о вас слишком сильно упало, что не может удручать.
— А я уже давно сужу о вас слишком низко, мисс Уэлсон, сначала вы пытались очаровать милого доктора Фримена, теперь же вовсю занялись его светлостью в присутствии законной супруги, — гувернантка брызгала ядом, не смотря на присутствие ребенка, при этом цвет лица женщины приобрел нездоровый оттенок. — Но вам это просто так с рук не сойдет… вся округа уже знает о ваших делишках с герцогом.