Нортон улыбнулся, и пожал плечами.
- Вы вправе винить меня в распущенности и предвзятости, но, право слово, обстоятельства нашего с вами знакомства и дальнейшего общения в замке вполне могли ввести меня в заблуждение. Дорогая Лизабет, не надо сердиться...я только пытаюсь вам объяснить, что мыслилось мне и виделось, а также что послужило причиной моего неверного понимания вас и ваших поступков. Я не мог представить, что в женщине может биться горячее и чистое сердце, которое способно на искреннее чувство...О, прошу вас, не смущайтесь, я должен сказать вам...мне столько хотелось бы сказать вам, Лизабет.
Он переместился поближе к девушке, и взял ее за руку. Легкая дрожь, которая передалась ему от женской ручки, подсказало, что его слова не остались без ответных чувств. Поднеся руку девушки к сердцу одной рукой, Нортон прикоснулся другой рукой к ее подбородку. Чуть приподняв его, мужчина испытывающе заглянул в фиалковые глаза.
Взволнованным голосом мужчина вновь произнес:
- Прежде чем прийти к вам с достойным предложением, я должен был освободиться от ненавистных уз, сковывающих меня уже столько лет, которые душили и лишали радости, надежды на счастье. Так вот, завтра я стану совершенно свободным человеком, который вправе будет сделать предложение руки и сердца единственной женщине, которая в своих маленьких ручках держит мою надежду на счастье.
Нельзя сказать, что Лизабет не испытала радости от услышанного, одно маленькое сомнение заставляло ее испытывать недоверие.
- Как вам это удалось? Насколько мне известно, бракоразводные процессы в нашей стране не приветствуются, тем более в светских кругах, к коим вы относитесь, да и занимают они намного больше времени? Когда же вы подали документы? А разве согласие герцогини не требуется?
Посыпавшийся град вопросов на заявление герцога нисколько не смутил последнего, напротив, сердце стало биться быстрее от осознания, что эта тема не безразлична леди.
- Она дала свое согласие, кроме того, мы с нею заключили соглашение, что после развода я буду выплачивать ей некоторую ренту пожизненно. К тому же я получил от короля благословение на развод. Вот за ним-то я и ездил в Лондон несколько дней назад...я не мог вам объяснить причину своего отсутствия до поездки, боясь спугнуть удачу. Надеюсь, вы меня уже простили за мой внезапный отъезд и за то, что я не попрощался с вами?
Девушка откинулась на спинку софы, испытывающе глядя на герцога. От этого движения, которое со стороны выглядело приглашающим, ее грудь слегка приподнялась, обнажив больше, чем девушка, возможно, рассчитывала. Пребывая в состоянии задумчивости, Лизабет не сразу обратила внимание на голодный взгляд мужчины, которым тот смотрел на ее декольте. Лишь через некоторое время девушка удивилась, отчего в глазах Блэйкстоуна полыхает такое пламя, что вот-вот опалит и ее. Затем она перевела взгляд на то место, которое готов был прожечь мужчина своими глазами. Розовые вершины нежных холмиков показались из-за корсажа, бесстыже завлекая и дразня сидящего в столь опасной близости герцога. Охнув от смущения, девушка вскочила с софы. Отгородившись креслом, девушка повернулась к мужчине спиной, поправляя недостаток в одежде.
- Вам нечего смущаться или краснеть, - вдруг раздался возле ушка его вкрадчивый голос. - Вы слишком красивы, чтобы я мог, глядя на вас, не испытывать каких-либо чувств и желаний. А те немногие мгновения, которые дарят мне возможность видеть больше, вселяют в меня слишком сильные чувства, с которыми я не в состоянии бороться.
Его горячие, требовательные губы прошлись по открытой задней поверхности шеи, крепкие руки обвились вокруг талии. Повернув девушку к себе лицом, Нортон впился в ее нежные манящие губы страстным поцелуем, раздвигая языком сомкнутые зубы. Проникнув вглубь бархатно-опьяняющего рта и издав утробный рык, Блэйкстоун подхватил Лизабет на руки. Затем опустился вместе с нею на софу, посадив при этом девушку к себе на колени. Не найдя в себе силы, чтобы вырваться из его пленительных объятий и прервать этот страстный поцелуй, Лизабет ответила на него. Впитывая страсть и нежность мужчины, она дарила в поцелуе всю себя, рассказав ответной страстью больше, чем могла сказать словами.
Наконец с трудом заставив себя оторваться от губ девушки, чуть ослабив тиски, в которых он сжимал столь желанное, податливое тело, Нортон испытывающе посмотрел на Лизабет. Она смотрела на него разомлевшим взглядом, пелена страсти затуманила взор, губы припухли, отчего стали выглядеть еще более соблазнительно, полукружия груди, виднеющиеся в вырезе платья, бурно вздымались, создавая впечатление что-то готовы вот-вот обнажиться еще больше.