- Твой сарказм не уместен, Виктория, - ответил герцог, скрестив руки на груди. На фоне темного неба с заходящим солнцем мужчина выглядел как демон во плоти.
- Я позвал тебя для того, чтобы расставить, наконец, все точки в наших неудавшихся супружеских отношениях, - четко произнес он.
Виктория пошатнулась, и прошла к креслу возле камина. Смысл сказанного довольно четко дошел до нее, заставив испытать страх и неуверенность.
- Что ты хочешь этим сказать, Нортон? - дрожащим голосом произнесла женщина, приложив ко рту платочек из тонкого батиста с кружевной отделкой.
- Не притворяйся, Виктория, ты не испытываешь ко мне каких-либо чувств, чтобы разыгрывать передо мною сцену обиженной супруги, - ответил жестко Блэйкстоун и прошел к камину.
Оперевшись о каминную полку, он добавил:
- Я давно хотел поднять между нами вопрос о расторжении брака, но только теперь я понял, что так больше продолжаться не может. Ты плохая супруга, плохая мать, развратна и ненасытна в расходах, - его слова звучали хлестко, и от того, что мужчина говорил правду, Виктория начинала злиться все больше и в то же время бояться за свое будущее. - Дорогая супруга, ты перешла те границы, которые сама же и установила, - закончил тем временем супруг, - поэтому я начинаю бракоразводный процесс...
Женщина вскочила и, всплеснув руками, закричала:
- Ты не посмеешь, ты слишком щепетилен для этого...что подумает о тебе великосветское общество, в котором привык общаться, ославишься на всю Англию...у тебя нет оснований для развода, а согласия я не дам...
Молча взирая на кричащую супругу, Нортон отметил про себя, что лицо, до этого отличавшееся ангельской красотой, вдруг приобрело черты демоницы, злобной, спесивой и истеричной.
Виктория неожиданно замолчала, как будто успокоившись. Затем снова присев в кресло, холодно посмотрела на супруга.
- Боюсь, что кое-кто в нашей семьей вынужден будет страдать из-за твоего решения больше, чем кто-либо, - произнесла она, разглядывая огонь в камине. - Боюсь, что не смогу более хранить тайну Виоллы, как ты умолял меня после ее рождения, и окружающие узнают о ее незаконнорожденности...подумай об этом, дорогой.
- Я уже подумал, зря волнуешься, - ответил герцог, улыбаясь одним кончиком губ, - и уверен, что ты будешь и дальше хранить эту тайну, иначе после развода не сможешь позволить себе иметь не то, что бриллианты и меха, но даже горничную или небольшой домик в Лондоне.
Виктория вскинула голову.
- Это еще почему?
Герцог хмыкнул и прошел к столу. Достав из ящика стола папку с бумагами, он вернулся к камину и бросил на колени Виктории досье, которое содержало в себе копии свидетельских показаний, заверенных нотариусом, подтверждающих измены супруги. Та быстро пробежалась по бумагам глазами, руки ее начали слегка подрагивать, брови недовольно хмуриться.
- Ты собирал на меня компромат? - гневно воскликнула она и, вскочив с места, тут же бросила документы в огонь. Глядя на весело загоревшиеся листы бумаги, Блэйкстоун покачал головой.
- Ты стала слишком импульсивной, Виктория, наверное, стареешь, - уколол он словами. - Неужели думаешь, что я стал бы показывать тебе оригиналы? Они хранятся в банковской ячейке...
Глядя на женщину, застывшую с гневом на лице, он спокойно продолжил:
- Добавь к тому, что ты сейчас прочла свидетельские показания о твоих похождениях на стороне, документальные доказательства - счета из ресторанов, где ты заказывала уединенные комнаты на двоих, из гостиниц, где ты прелюбодействовала, из магазинов мужской одежды, где совершала покупки для других мужчин, и многое другое... так вот, будь уверена, что суд состоится в мою пользу. И ты, дорогая в прямом смысле слова, окажешься нищей...какой и пришла ко мне семь лет назад.
Озвученный приговор ранил женское самолюбие и поселил в душе ненависть таких размеров, которая захлестнула ее с головой. Кусая губы от напряжения мысли, Виктория искала выход из сложившейся ситуации. Придя к некому решению, она позволила себе сыграть роль сломленной жертвы.
- Нортон, - произнесла она дрожащими губами, - прости, я не стану никому что-либо рассказывать о Виолле, ведь она ни в чем не виновата...Только прошу тебя, не будь столь жестоким, не лишай меня содержания, прошу тебя...
Слезы брызнули из глаз, оставив мокрые дорожки на побледневших щечках. Блэйкстоун нахмурился, не доверяя Виктории.
- Я не буду чинить тебе препятствий при разводе, - ее светлость медленно промокнула слезы платочком и миролюбиво посмотрела на грозного супруга. - Давай заключим сделку, Нортон?