Ольга вышла из дома со щеткой на палке и смахнула пыль с лобовика перед водителем. Сразу стало значительно лучше видно.
— Спасибо, — сказал ей Сергей и ответил Ингвару, — тут кузов на пневмоподушках, половина из них сдохла. И да — тормозов тоже нет. Но я уже придрочился рекуператором тормозить…
— Хрен с ними, — отмахнулся Ингвар. — Тут вряд ли будет большое движение.
Троллейбус взвыл, затрещали реле, затарахтел компрессор, резко запахло горячими проводами, и они, сначала медленно, но потом все быстрее и быстрее покатили по пустой улице.
— Вот, совсем другое дело! — сказал удовлетворенно Борух. — А кондиционера тут нет?
— И буфета с напитками нет, — ответил ему Ингвар, — и сортира, чтобы в нем стюардессу ебсти. Говно сервис в этой компании, напиши жалобу.
Железная коробка троллейбуса на солнце быстро накалилась, и внутри стало, как в духовке. Борух не выдержал и, встав, в два удара высадил прикладом окно, у которого сидел. Его примеру последовали все, кроме Ингвара, который, укоризненно прочитав вслух инструкцию: «Се повлече на кабелот, стискаш од стакло!» — вытащил за кольцо распорный тросик и выдавил стекло наружу. Оно звонко грохнулось на дорогу.
— Дикари! — сказал он гордо. — Все бы вам прикладами махать!
Без стекол стало немного легче — набегающий воздух, хоть и горячий как из фена, создавал иллюзию чего-то вроде свежести. Троллейбус ехал, натужно подвывая, спидометр показывал пятьдесят каких-то единиц. Возможно даже километров и очень может быть, что в час. Город вскоре закончился, и они покатили по прямому широкому шоссе. Вокруг расстилался плоский пустынный ландшафт — справа выгоревшая до голой земли степь, слева — сгоревший до угольных пеньков лес. Это явно произошло давно, гарью уже не пахло — во всяком случае, не сильнее, чем паленой электропроводкой от двигателя. Пейзаж был полностью безжизненный — даже птицы не летали в раскаленном воздухе.
— Интересно, куда они эвакуировались? — спросил в пространство Артем.
— Не знаю, куда, но догадываюсь, почему… — Ингвар шуршал желтой хрупкой газетой, найденной в доме. Он процитировал заголовок: — «Глобална суша предизвикана со употреба на климата оружье». «На климата оружье» — кажется, перевода не требует.
— Ну, может мы просто в неудачное место попали, — с сомнением ответил Борух. — А у полюсов тут, наоборот, рай земной. Уехали все туда, выращивают ананасы в местном Норильске…
— Не знаю, насчет рая, но, похоже, доехали туда не все… — сказал странным голосом Сергей.
Все поднялись со своих мест и подошли к лобовому стеклу — медленно останавливающийся под пустое шипение тормозной системы троллейбус подкатывался к завалу на шоссе.
— Ну, давай, что ты, ну, блядь… — Сергей свирепо пинал педаль, но машина накатывалась на сгоревший автобус, стоящий на ободах под углом к дороге. — А, ссука…
Затрещал храповик — водитель изо всех сил потянул на себя торчащую из пола палку ручника, одновременно выворачивая руль влево. Троллейбус выехал на встречную полосу, захрустел колодками и неохотно встал. Впереди открылась вереница обгоревших машин — в черных салонах больших автобусов можно было разглядеть темные кости на обгоревших каркасах сидений. Колонна сгоревшей техники уходила к горизонту, невозможно было даже понять как далеко. Но это были десятки и десятки, может быть даже сотни автобусов, набитых людьми.
— Что с ними случилось? — севшим то ли от жары, то ли от волнения голосом спросила Ольга.
— Скорее всего, лесной пожар вызвал огненный шторм, — сказал тихо Борух. — Даже асфальт горел… Я такое видел как-то раз — тоже люди надеялись проскочить, дорога широкая, горит, вроде, несильно… А потом ветер подул — и моментально накрыло, как с огнемета. В несколько секунд машины сгорели.
— Ужас какой… — Ольгу трясло. — Поехали отсюда. Только не по дороге, не могу на это смотреть…
— Ну, шоссе все равно влево отклоняется, — сверился с компасом Артем. — Метров триста назад был съезд направо, давайте к нему вернемся.
Сергей переключил мотор на реверс, троллейбус неохотно пополз назад и, преодолев разделительную полосу, в два приема развернулся. Съезд вскоре действительно нашелся, и дорога от него вела примерно в нужную сторону, но твердое покрытие на ней быстро закончилось и пошла заросшая какой-то низкорослой колючкой грунтовка. Троллейбус окутался клубами пыли и, как не пытались все замотать лица тряпками, помогало это слабо.