— А владелец ее? — резко спросила Ольга.
— Тот, кого я считаю ее владельцем, похоронен на берегу моря. Увы, это все, что я мог для него сделать.
— Так вот откуда у вас костюм… — задумчиво сказала Ольга. — Это многое объясняет…
Артем подумал, что лично ему это не объясняет ровно ничего. А если этот самый Матвеев и есть тот сумрачный гений, который придумал костюм, технологии работы с акками и использование реперного резонанса, то почему он прятался от Коммуны в пустынном срезе, где и умер? В его картине мира от этого все стало только сложнее и непонятнее.
— Источник энергии они вытащили и утащили с собой, — сказал Сергей, закончивший ковыряться под коротким капотом машины. — Такой небольшой цилиндрический источник, размером чуть крупнее большого пальца, контакт с торцов… Ничего не напоминает?
Ольга посмотрела на него мрачно, но не удостоила ответом.
— И, кстати, это они буксовали там, на дне реки. Вот глина с илом на подкрылках засохла. Получается, мы идем по их следам. Вы ничего не хотите мне сказать, коммунары?
Ольга молча пожала плечами, Борух отвернулся, сделав вид, что его это не касается. Артем неуверенно ответил:
— Мы сами не очень понимаем, что происходит, честно.
— Честно? Вы? — очень скептически отозвался Сергей. — Ну-ну… Ладно, это ваши тайны. Давайте, где там ваш репер?
Входные двери из декоративного, под старину, горбыля были приоткрыты. В пыли на полу следы характерных ботинок отпечатались настолько хорошо, что даже Артем без труда их опознал. Борух и Ольга взяли оружие наизготовку и медленно пошли в глубину темного прохода, но, кажется, никто всерьез не думал, что там засада.
И действительно — обложенная потемневшими бревнами квадратная камера внутри кургана была пуста. Вдоль стен стояли пыльные застеклённые витрины с каким-то горшками, черепками и бронзовой бижутерией, а в центре, в кругу из обтесанных валунов, торчал черный цилиндр репера. Табличка возле него гласила: «Олтарот на древните пагански култ. Симболизира мужкиот принцып».
— Они думали, что это древний каменный хуй? — удивился Ингвар. — «Поганский культ», ишь ты!
— Давай, не тяни! — поторопил Артема Сергей.
Артем достал планшет, активировал, нашел нужную точку… «Странно, — подумал он. — От нее какое-то неправильное ощущение…» Нужный репер не отзывался и совместить его со здешним в резонанс не удавалось. Такое ощущение, что этому препятствовало что-то упругое, но прочное, а сам репер как будто слегка покалывал пальцы. Артем пробовал снова и снова, уже понимая, что что-то пошло не так…
— Не работает? — удивительно спокойно спросил Сергей.
— Никак… — отозвался Артем, — Не понимаю, в чем дело. Никогда такого не видел…
— Так я и думал. Пиздоболы вы, а не коммунары. Полдня из-за вас потратил, а у меня там жена, и никто не знает, что с ней…
Македонец
Проснулся с ощущением, что на меня кто-то смотрит. У кресла, на котором я заснул, стояла в темноте Лена.
— Чего тебе? — прошептал я, убирая обратно под подушку пистолет.
— Там пришли, — сказала она коротко и, развернувшись, отошла к окну.
Я так и не понял, ложилась ли она спать сегодня. На широком диване, который мы выделили женщинам, сопел в две дырочки наш «объект». Мы не выставляли караулов — все устали, и ждать нападения было, вроде, не от кого. Повалились, кто где, и захрапели. По крайней мере, Петр храпел так, как будто кто-то пилил контрабас тупой пилой. Как Лена ухитрилась за этими звуками что-то услышать — загадка. Я пихнул его кулаком в бок, он заворочался и затих.
Теперь и я слышал — из приоткрытого окна доносились звуки шагов и громкий шепот.
— Сюда они заехали, больше некуда, — гундосил кто-то под самым окном. — Да вот и следы…
В темноте замаячил отблеск прикрываемого рукой фонарика.
— И чо? И где они? — забубнил кто-то в ответ.
— Внутри, идиота кусок! Не пизди, а то услышат…
Мудаки какие-то. В полной тишине пустого ночью промрайона слышно было, как мыши в подвале ебутся, не то что их попытки шептать.
— Заткнулись оба, — третий голос ухитрился даже шепотом рявкнуть внушительно. — Отгребли отсюда, долбоебы, бегом.
— А как же наши… — начал гнусавый.
— Потом, всё потом, — ответил раздраженно третий голос и добавил тише, видимо в гарнитуру. — Группа пошла!
Тихо клацнул затвор — кто-то дослал куда-то патрон. Хорошо знаю этот звук, наслушался. Огляделся — все, кроме нас с рыжей, спят. Даже если бы было куда бежать — не вариант, пока еще раздуплятся спросонья…