— С каким?! — оторопел Семен.
— Ну, с этим, который у нас в Кабаньем лесу живет.
— Ты что, с дуба упал?! Он мне не друг и не родственник!
— Да друг, друг! — заверил старейшина. — Ребята его как-то раз близко видели — у него на морде шрам, как ты рассказывал. Значит, тот самый!
— Ну, знаешь ли… Он, наверное, от старости еле ходит! — попытался найти отговорку Семен. Но не тут-то было.
— Нормально он ходит! И прыгает даже! — со знанием дела заявил старейшина. — Иначе б давно помер.
— И о чем же мне с ним говорить? — окончательно растерялся Семен.
— А-а… — хитро прищурился Медведь. — Пускай пользу людям приносит! Нечего наших кабанов просто так жрать. Будем на него охотиться.
— Здрасте!
— А что? — глаза старейшины азартно заблестели. — Представляешь: сидишь ты ночью возле тигриного логова и подкарауливаешь. Он, значит, подкрадывается и на тебя: «Р-р-ры!» А ты ему: «Ар-ра!» И из арбалета в глаз — бемс!
— Это круто, — признал Семен. — А если промахнешься?
— Ни за что не промахнешься, — заверил старейшина. — У нас для такого дела есть самострел специальный. В том смысле, что сломанный он, но я чинить не велел. Сила в нем огромная, но если заранее его взвести (а как же иначе?), то там вязка лука растягивается и тетива слабеет.
— Ну, да, — сообразил Семен, — не промахнешься, потому что и выстрелить не сможешь, да?
— Конечно! Тогда ты, естественно, хватаешь копье и — р-раз-два! А копье-то — хи-хи!
— М-да-а… — покачал головой главный друг животных. — Вы, батенька, оказывается, не только садист, но и извращенец!
— Да, — гордо выпятил узкую грудь Медведь, — я они и есть. А кто это?
— Не важно, — махнул рукой Семен. — А если загрызет?
— Может, конечно, — почесал затылок старейшина. — Вот и договорись с ним, чтоб не загрызал. Или, по крайней мере, загрызал не всех, а только тех, на ком метка особая будет.
— Ну, знаешь ли! — возмутился Семен. — Тигра человечиной прикармливать?! Если кого-то из своих необходимо убить, так самим и нужно это сделать, по-честному!
— Верно говоришь, — признал Медведь. — Пусть уж никого не загрызает.
— Так скоро об этом все и узнают! — рассмеялся Семен. — После первой же «охоты»! Или, в крайнем случае, после второй!
— Вряд ли, — сказал старейшина. — О таких вещах не рассказывают. Кроме того, это будет испытание не для всех.
— А для кого?
— Для лучших. Тех, кто потом сможет заменить меня, Кижуча, Бизона… — старейшина помолчал и закончил: — Или тебя.
— Такие есть?! — вскинулся Семен. — Ты видишь их, ты узнаешь их?!
— Да, — кивнул Медведь. — И не только я.
Семену мучительно захотелось спросить: «Кто они?», но он промолчал — один из парней, исполнявших роль сержантов на тренировочной площадке, был его сыном.
— Ладно, — сказал великий воин, учитель, жрец и друг животных. — Только вряд ли саблезуб согласится. С чего бы?!
— Вместе пойдем! — обрадовался старейшина. — Познакомимся, в смысле — обнюхаемся!
Затея, безусловно, была бредовой, но встреча вскоре состоялась — место звериной лежки ни для кого не было секретом. Старые знакомые узнали друг друга — один по внешнему виду, другой, конечно, по запаху. На первых же секундах ментального контакта Семен понял, что кот уже не тот: надменный «сверхзверь» превратился в старика. Наверное, он уже прошел через унижение попрошайничества у своих. Похоже, в одиночку ему тоже приходилось несладко, но он был доволен хотя бы тем, что не надо подбирать объедки за молодыми членами прайда.
— «Ты на земле нашей охоты», — как бы между делом заметил Семен и вообразил пространство, отделяющее логово от поселка.
— «Знаю, — ответил зверь и широко зевнул, продемонстрировав полный комплект желтоватых зубов. — Со мной делиться нужно».
«Так! — мысленно усмехнулся человек. — Он продолжает считать меня „своим“, но от былого презрения и следа не осталось!»
— «Мы делимся, — усмехнулся Семен. — Или, может быть, нужно начать убивать для тебя?!»
— «Сам могу…» — слегка обиделся саблезуб.
— «Охоться, — разрешил человек. — Но ты должен играть с нашими детенышами».
По представлениям Семена, предложение было для зверя лестным: возиться с повзрослевшими котятами — право и обязанность главы прайда. Как и обязанность изгнать потом молодых самцов, дабы не стали конкурентами.
— «Я не главный… — несколько растерянно уркнул кот. — Сам играй».
— «Члены НАШЕГО прайда, — сделал двусмысленный акцент Семен, — хотят, чтобы ты тоже играл».