После этого случая Дороти стала рассказывать, что часто видит во сне большое строение с колоннами и обширным садом, полным деревьев, цветов и фруктов. Одновременно у нее начались приступы депрессии, она вдруг без всяких причин принималась плакать и говорила родителям, что «хочет вернуться домой». Когда се уверяли, что она и есть дома, девочка с этим не соглашалась. Но объяснить, где же находится се настоящий дом, не умела. Первый признак связи этого таинственного дома с Египтом появился во время посещения Британского музея.
Несколько месяцев спустя отец принес домой детскую энциклопедию, в которой находилось несколько снимков и рисунков с изображениями сцен из жизни древнего Египта. Особое внимание девочки привлек так называемый Розеттский камень, базальтовая плита с параллельным текстом на греческом и древнеегипетском языках, благодаря находке которой было положено начало расшифровки египетских иероглифов. Дороти брала лупу и, к удивлению родителей, часами рассматривала иероглифы на камне. А вскоре она объявила, что знает язык, на котором сделана надпись, только забыла его.
Когда Дороти исполнилось 7 лет, ее сон о здании с высокими колоннами начал приобретать смысл. Толчком послужила фотография с надписью: «Храм Сети I в Абидосе». Увидев ее, девочка радостно сообщила отцу: «Вот мой дом! Здесь я живу!» А потом грустно добавила: «Но почему все так разрушено? И где же сад?»
Отец попросил девочку не фантазировать и не болтать глупостей. Ведь она не могла видеть здания, построенного тысячи лет тому назад. А кроме того, в пустыне не бывает садов.
Еще будучи школьницей, Дороти начала серьезно изучать египтологию и делала при этом настолько поразительные успехи, что на нее обратил внимание сам сэр Эрнест Уолис Бадж, куратор отдела египетских древностей Британского музея, и стал давать ей уроки по иероглифике. А в свободное от школьных занятий и уроков сэра Баджа время Дороти запоем читала книги о Древнем Египте.
Вскоре семейство Иди переехало в Плимут, портовый город на юге Англии. Там Дороти окончила среднюю, а также художественную школу, затем овладела профессией журналистки и стала сотрудничать с местными печатными изданиями. Разумеется, ее излюбленной тематикой было все связанное с Египтом — как древним, так и современным.
Когда Дороти исполнилось 27 лет, она решила круто изменить свою жизнь: собрала чемоданы и, невзирая на энергичные и бурные протесты родителей, уехала в Лондон. Там она стала работать для одного из египетских журналов, иллюстрируя свои статьи своими же рисунками. Прошел месяц, и однажды на пресс-конференции в Палате Общин Дороти познакомилась с молодым египтянином Абделем Магидом. Через два года встреч и ухаживаний он сделал ей предложение, они поженились и почти сразу же уехали в Египет.
Однако вскоре в молодой семье стали возникать серьезные разногласия. Абдель работал в системе народного образования, считал, что его страна должна как можно скорее стать современным государством, и практически не интересовался ее прошлым. Дороти же, напротив, интересовало как раз прошлое Египта. Не было в супругах согласия и по поводу выбора места жительства. Муж стремился приобрести жилье в современном центре Каира, тогда как миссис Абдель Магид очень хотела бы видеть из окон своей квартиры древние пирамиды.
Пришло время, и Дороти родила сына, которого, невзирая на протесты мужа, назвала именем Сети, в честь знаменитого фараона-воина, правившего Египтом в начале XIX династии, приблизительно 3300 лет тому назад. После рождения сына Дороти, согласно местным обычаям, запрещающим, обращаясь к женщине, произносить ее настоящее имя, стали называть Омм Сети — мать Сети.
Несмотря на рождение ребенка отношения между супругами не улучшались — в основном потому, что интересы Дороти и ее супруга были совершенно различными. На второй год супружества Абдель нередко, проснувшись ночью, видел жену сидящей за столом и при свете луны исписывающей иероглифами страницу за страницей.
Впоследствии Омм Сети описала то состояние, в котором она находилась в такие моменты, как подсознательное — какой-то внутренний голос медленно диктовал ей египетские слова. Словом, это было так называемое «автоматическое письмо». Подобные сеансы связи продолжались почти год. Всего Дороти записала около 70 страниц текста, который ей диктовал дух по имени Гор-Ра.
Через 3 года после женитьбы Абдель принял предложение отправиться работать учителем в Ирак. С его отъездом семья фактически распалась. Омм Сети переехала поближе к пирамидам в Гизе и получила работу в департаменте египетских древностей. Там она и проработала последующие 20 лет, сотрудничая, в частности, с известными египтологами Селимом Хассаном и Ахмедом Факхром, которые высоко ценили ее глубокие знания истории и культуры Древнего Египта, профессиональные и деловые качества.