Часа не прошло, как они вернулись.
Федор Пущин поднялся на ступеньки и возвестил:
— Григорий Плещеев слово нам не объявил, а сказал, что явит извет токмо в съезжей!..
— Да по глазам видно, что клепает он на Осипа Ивановича! — выкрикнул подьячий Макар Колмогорец.
— Ты шары-то свои прочисти! Они у тя токмо и высматривают, куда бы воеводу лизнуть! — оборвал его Васька Мухосран и истошно закричал Щербатому: — Зови, гад, Подреза, иначе сами приведем его и раскатим тюрьму по бревнышку!
— Верно! Зови-и!.. — угрожающе загудела толпа, подавшись вплотную к крыльцу.
— Гляди, как бы самому в ней не оказаться! — ухмыльнулся Сабанский.
— Пугать ишо будешь! — побежал к нему Васька. За ним кинулись братья Кузьма и Данила. Сабанский выхватил пистоль и навел на братьев. Те приостановились. Щербатый заорал:
— Бунт устроили! Не буду скопом разговаривать, токмо с выборщиками. — И скрылся внутри избы, сильно хлопнув дверью. За ним вошли Сабанский, Былин, Чебучаков, Бунаков и Патрикеев.
— Осип Иванович, не гневи народ, призови Гришку! Коли нет за тобой царственных дел, чего бояться? — сказал Бунаков.
— Гляжу, спелся с ними! — глядя за окно, сказал Щербатый. — Дурна и измены государю боюсь! Гришка ведь подбивал на Оби Дон завести! А коли подбивать учнет?
— Да что мы — с Гришкой не справимся! — презрительно сказал Былин.
В избу вошли казаки Сенька Паламошный да Федька Батранин.
— Иосип Иванович, мы выборные… Народ спрашивает, призовешь Григория ай нет? Ежели нет, то всем миром идут в трапезную писать государю челобитье, что изветчика уморить умыслил!..
Щербатый задумался и затем сказал:
— Боюсь, как бы крови да сечи межусобной не было!.. Передайте сие тем, от кого посланы.
Батранин и Паламошный вышли и вернулись минут через десять.
— Васька Мухосран с товарищи Богом поклялись, что крови и сечи не будет!
— Ладно, Петр, — обратился Щербатый к Сабанскому, — возьми денщиков да приведи вора!..
Глава 21
Когда Григория Подреза со связанными за спиной руками подвели к крыльцу съезжей, Петр Сабанский ткнул его кулаком в спину:
— Заходи!
— Пусть перед всем войском говорит! — крикнул Васька Мухосран.
— Верно!.. Верно!.. Пусть говорит!.. — эхом отозвалась площадь.
— Извет надобно являть в съезжей!.. — начал было Сабанский, но его заглушили недовольные крики. На шум вышли на крыльцо все, кто был в избе: Щербатый с Бунаковым и Патрикеевым, подьячий Чебучаков, Старков, атаман Москвитин, братья Копыловы, сыны боярские Юшка Тупальский, Васька Былин…
— Руки развяжите ему! Перед войском дурна не учинит! — крикнул Иван Володимирец.
Сабанский вопросительно глянул на Щербатого. Тот кивнул, Сабанский достал нож из ножен и перерезал веревку.
— Верно ли, Григорий, что знаешь великие царственные дела и на кого? — громко спросил Федор Пущин.
При этих словах над толпой повисла мертвая тишина. Слышно стало, как чирикают воробьи и внизу на посаде брешут собаки.
— Верно! — выкрикнул Григорий. — Перед всем миром объявляю, что знаю великое царственное дело на воеводу Оську Щербатого!
При этих словах он ткнул пальцем в сторону Щербатого. Тот покачнулся будто от удара, побагровел и, злобно сверкнув глазами, воскликнул:
— Какое ты дело на меня знаешь, говори!
— Сие объявлю токмо особому московскому следователю! Дабы царственное дело тут не замерло!
— На глухой извет кнут есть! Пытать доносчика! Сразу правду скажет! — крикнул подьячий Василий Чебучаков.
— Заткнись, заединщик воеводский! — оборвал его Васька Мухосран и, обернувшись к собравшимся, взмахнул сорванной с головы шапкой:
— Братья казаки! Всем вам ведомо, что первый воевода давно крестное целование государю забыл и радеет лишь ради собственной корысти! Добрый и честный воевода стал бы нас, холопов и сирот государевых, разорять и калечить в убыток государеву интересу? А ныне на него великие царственные дела явлены не напрасно! Все к тому шло! Я вас спрашиваю: может ли сей клятвопреступник городом управлять? Чаю, не может! Откажем ему всем миром и всем же миром подадим челобитье государю!..
— Отказать кровопивцу!.. Верно, Васька!.. Хватит терпеть! — раздались выкрики в толпе.
— Мухосран, ты говори, да не заговаривайся! Я на воеводство государем поставлен! А Подрез на меня поклёп возводит!
— Следователи разберут!.. Братцы, явите волю свою!
— Мухосран, чего ты на круге верховодишь? У войска атаман есть! — крикнул Васька Былин.