— А у нас в Луге что же, провинция, — заключил антиквар.
Но судя по тому, что выставил он посетителю не какой-нибудь дешевый лафит, а настоящий шато-лароз, можно было заключить, что находится он в хорошем расположении духа.
— Я прослышал, однако, что вы приобрели нащокинский домик, — сказал вдруг художник в упор. — Вот по этому-то поводу я и приехал в Лугу.
Антиквар держал бокал в руке и смотрел сквозь вино на огонь.
— Легко сказать — приобрел! — вздохнул он. — Скажите лучше — охотился за ним, ночей не спал, Сергей Александрович.
И только когда уже нельзя было ни таинственно отмалчиваться, ни хитрить, он отставил бокал и пошел показывать свою находку.
«Дорогой Яков, — писал ночью Галяшкин брату в Петербург, — помнишь наши с тобой мечты: основать в России Пушкинский дом, в котором было бы собрано все, что связано с жизнью и творчеством великого поэта? Сегодня у антиквара в Луге я нашел замечательную вещь: домик Нащокина. Антиквар запросил за него препорядочно — пять тысяч. Что делать? У меня сейчас таких денег нет, а упустить эту вещь не могу. Может быть, она положит начало будущему Пушкинскому дому. Я вещью этой брежу, хотя она в страшном беспорядке и требует кропотливой многолетней реставрации».
На другой день из Петербурга пришла лаконическая телеграмма: «Покупай». Брат был таким же почитателем Пушкина.
Две недели спустя упакованный в огромный ящик домик был доставлен в Петербург. При затянутых тяжелых шторах, чтобы дневной свет не рассеивал впечатления, братья вскрыли ящик, и домик с гербом рода Нащокиных на фронтоне предстал перед ними.
Павел Воинович Нащокин был другом Пушкина и приятелем Гоголя. Это был человек своеобразный и в своем роде замечательный. Гоголь посвятил ему несколько лучших глав во втором томе «Мертвых душ» — в них он вывел Нащокина под фамилией Хлобуев. Пушкин крестил дочь Нащокина, а Нащокин в свою очередь крестил старшего сына Пушкина. В квартире Нащокина, среди множества необычайных предметов, был двухэтажный домик, в котором все украшения, мебель и посуда были сделаны замечательными мастерами-миниатюристами: весь домик был аршина в два длины. Он стоил Нащокину около сорока тысяч рублей, и все московское общество съезжалось любоваться им.
«Дом его (помнишь?) отделывается; что за подсвечники, что за сервиз! — писал Пушкин жене. — Он заказал фортепьяно, на котором играть можно будет пауку, и судно, на котором испразнится разве шпанская муха». «С Нащокиным вижусь всякой день. У него в домике был пир; подали на стол мышонка в сметане под хреном в виде поросенка. Жаль, не было гостей. По своей духовной домик этот отказывает он тебе», — пишет Пушкин в другом письме. «Дом Нащокина доведен до совершенства — недостает только живых человечиков! Как бы Маша им радовалась!» — поминает еще в одном из писем Пушкин.
В очаровании пушкинской эпохи открылся перед братьями Галяшкиными испытавший всевозможные судьбы и превратности, переходивший из рук в руки домик Нащокина. Братья домиком пленились. Обоими ими, страстными почитателями Пушкина, овладела мечта — сделать нащокинский домик одним из сокровищ будущего музея поэта. Долгие месяцы, бродя по Александровскому или Апраксину рынкам Петербурга, искали они старинные ткани, игрушечную посуду и миниатюрные подсвечники. Работали русские искусники — резчики и столяры, подклеивая и вырезая недостающие части для покалеченной мебели; обивали тканями эту мебель обойщики. На императорском фарфоровом заводе старый мастер Лебедев сделал из фарфора недостающую посуду и копию с мастичной фигурки Пушкина, читающего в одной из зал домика стихи.
В 1910 году в торжественной тишине конференц-зала Академии наук живописец Галяшкин поджидал президента Академии художеств, великую княгиню Марию Павловну. Посреди зала, освещенный крошечными электрическими свечами, выставлен был реставрированный Галяшкиным домик Нащокина.
Во фраке, высокий и торжественный, художник дожидался, когда великая княгиня подойдет к домику Нащокина.
— Ваше высочество, — сказал Галяшкин, — домик этот — одно из чудес искусства. Он связан с именем величайшего русского порта. Не угодно ли вам осмотреть его комнаты, в одной из которых можно увидеть фигурку Пушкина, читающего стихи?
— Какая милая вещь! — сказала великая княгиня. — Надо будет обязательно показать ее детям.
— Ваше высочество, домик этот мог бы послужить основанием для организации музея Пушкина... ведь это давно является мечтой его почитателей.
— Попробуйте написать об этом министру просвещения, — ответила великая княгиня, и художник понял, что на ее помощь рассчитывать нечего.