- Если он внезапно не сойдет с ума. Он мыслит целостными образами. Он и рассуждает, и высчитывает, но это у него лишь подсобный прием. Естественно, он имеет преимущество перед машинами.
- Я согласен с тобой. Считай, что ты опять подмял меня под себя и навязал свою волю. Трудные ситуации наверняка будут.
- Кто из нас скажет Эллону и Ирине, что их просьба вторично отклоняется?
Олег какое-то мгновение колебался.
- Скажи лучше ты. Мне трудно разговаривать с Ириной. Она без памяти от своего руководителя.
- Но это смешно! Наши звездные друзья - друзья, не больше. Любовь чувство лишь для особей одной природы. Оно куда уже товарищества. Ирина путает два несходных чувства.
Олег рассеянно глядел мимо меня.
- Я слышал, ты влюблялся в некую Фиолу, змею с Веги. Разве змеи одной с нами природы?
- Юношеское увлечение! Все нас с Фиолой разделяло, а соединяло очень немногое. Я это скоро понял.
- Ирина тоже это поймет, но не уверен, что скоро.
7
Мы вступили в ядро. Как спокойно звучат слова "вступили в ядро"! Как будто была межа, отделяющая ядро от околоядерного пространства, и ту межу пересекли. Не было межи, не было даже особенного сгущения звезд - в любом шаровом скоплении их напрессовано гуще. Но мы вступили в ядро, сразу поняв, что уже в ядре. Звезды вдруг стали шальными. Я продиктовал "вдруг" и "шальные" и задумался. Астрофизик упрекнет меня в приписывании мертвым телам человеческих свойств. Ничего не могу поделать, самое точное описание поведения светил будет это: ошалели! То, что светила светили, было уже не самым характерным. Они неистовствовали, это было важней.
Этого не передать словами! Нужно самому окунуться в хаос бешено налетающих, дико отлетающих звезд, чтобы содроганием души, не одними глазами постигнуть: вокруг забушевал взрыв, и сам ты среди летящих и сияющих осколков не больше, чем темная пылинка!
Мы знали звездные скопления - и рассеянные, как Плеяды и два скопления Хи и Аш в Персее, и шаровые, вроде того, через которое пролетали. Там звезды были как звезды - висели в своих координатных узлах, их взаимные расстояния почти не менялись. Гармония звездных сфер там звучала мелодией всемирного тяготения, там был порядок.
А здесь господствовал хаос! Какая гармония во взрыве? И когда какая-либо звезда настигала соседку, из каждой выносились дымные протуберанцы - и у меня возникало ощущение, что одна вырывает у другой из головы клок волос.
- Эли, я не способна рассчитать траекторию ни одного из светил, - почти с испугом сказала Ольга, когда мы вчетвером сидели в командирском зале. - Законы Ньютона здесь перекрыты какими-то силами, вызывающими беспорядок. Ядро кипит. И я не могу понять, что вызывает кипение звезд. Какая гигантская мощь нужна, чтобы так нарушить звездное равновесие!
Олег задумчиво разглядывал звездоворот на экранах.
- Не кажется ли вам, друзья, что мы наблюдаем взаимное падение звезд в одну кучу? С последующим превращением их всех в разлетающуюся туманность!
- Это станет гибелью Галактики, - ответила Ольга. - В ней больше ста миллиардов звезд, половина сосредоточена в ядре. Если ядро взорвется, от других звезд, в том числе и от нашего Солнца, и от Персея демиургов и галактов ничего не останется, кроме пыли.
- Зато разумные наблюдатели на других галактиках обрадуются, что зафиксировали появление еще одного квазара, - утешил я их.
- Я начинаю думать, что мы поступили опрометчиво, ворвавшись в эту кипящую звездную кашу, - продолжала Ольга. - Олег, мне кажется, сверхсветовые скорости здесь опасны.
Теперь я перехожу к событию, показавшему, что беспокойство Ольги было оправданно. Мы опять вчетвером сидели в командирском зале. Осима вел корабль, Ольга производила расчеты, мы с Олегом тихо разговаривали. Внезапно Ольга с удивлением сказала:
- У меня получается, что нас несет к гибели. Наверно, я где-то ошиблась!
Я сказал великодушно:
- Ты почти никогда не ошибаешься, Ольга, но в данном случае наврала. Ничем не вызванная гибель двух звездолетов все-таки менее вероятна, чем арифметическая погрешность при расчетах. Переставь где-нибудь минус на плюс.
- Я проверю еще раз, - сказала она.
В этот момент раздались сигналы Большой тревоги: заревели сирены, заквакали пусковые реле боевых аннигиляторов, замигали аварийные лампы. На табло засветилась зловещая надпись: " Генераторы пространства - первая готовность!" Я схватился за переговорную трубку, но меня опередил Олег.
- Голос, что случилось? - крикнул он.
Мы услышали, что кучку беспорядочно мятущихся звезд, среди которых пробирались корабли, вдруг, словно судорога, охватило единое движение. Они все летят в свой геометрический центр, а в нем в данный момент находимся мы. Звезды рушатся одна на другую и при взрыве неминуемо захватят нас. Единственный выход - в канале новосотворенного пространства вынестись из звездной кучки.
- Мы делаем расчеты, - информировал Голос.
- Сомневаюсь в удаче, - спокойно оценила положение Ольга. - Запасов всей эскадры не хватит на прокладку туннеля наружу.
Я вызвал лабораторию. На малом экране высветился Эллон.
- Эллон, - сказал я. - Мы попали в опасную передрягу. Возможно, только гравитационная улитка может спасти звездолеты. Свяжись с Голосом.
Он ответил с мрачной веселостью:
- Улитка вышибла в ад целую планету, выбросить два звездолета проще. Пусть только ваш парящий любимец признается, что неспособен прокладывать курс меж звезд, и я выправлю ошибку.
Через минуту Голос сообщил, что аннигиляция активного вещества избавления от звездного взрыва не даст, и единственная надежда - выскальзывание по гравитационной улитке.
На звездных экранах зажглось около сотни светил размером с Венеру. Они увеличивались, зловеще накаливались. Я вспомнил, что в юности в Плеядах вот так же со стесненным сердцем следил, как со всех направлений звездной сферы на нас рушились недобрые огни. Но те огни, маленькие, пронзительно-зеленые космические крейсеры разрушителей, - были пылинками в сравнении с гигантами, охватывавшими нас отовсюду. Сто солнц падало на нас! Они вскоре и стали размером с Солнце - ослепительно белые, голубоватые, радужные, мутно-багровые, темно-вишневые... Обе звездные полусферы превратились в исступленно пылающие костры. Было ясно, что еще до того, как звезды начнут сталкиваться и взрываться, оба корабля превратятся в облачко пара. Я вызвал Голос.