— О ком ты говоришь? — произнес в ответ огромный супи, стоявший в центре. Сразу видно — настоящий боец. Да, такой мог быть другом Союзника.
— О первооткрывателе и хозяине этой Вселенной, — ответил он. — Подчиненные называют его Командором, а я — Союзником. Вы его знаете?
— Да, мы знаем того, о ком ты говоришь, — чуть помедлив, ответил супи. — Недавно я встречался с ним и долго беседовал.
Гигант говорил правду — это показывал встроенный в организм Отшельника индикатор. Тревога, охватившая его при виде незнакомого корабля, прошла, он шагнул к прибывшим и внимательнее оглядел их. Кроме гиганта-супи там был еще один боец, которого он издали тоже принял за сверхнатурала, и только теперь понял, что это пруви, и девушка-сверхнатурал, а также обычный homo в скафандре. Это было необычно — увидеть здесь человека.
— Я вижу, вы впервые в здешних краях, — заметил он. — Не можете еще без респираторов.
— Да, мы прибыли только что, — подтвердила девушка. — Мы прилетели специально, чтобы встретиться с вашим Союзником. Вы не знаете, где его можно найти?
Когда она заговорила, Отшельника охватило странное чувство, что он когда-то уже слышал этот голос, непривычно низкий для супи. Это незнакомое ощущение настолько сбило его, что он даже не сразу понял, о чем она говорит, и лишь после некоторой заминки ответил:
— В таком случае вам не повезло — Союзник только что улетел. Вы могли встретить его корабль.
Незнакомцы переглянулись, и девушка воскликнула:
— Да, мы встретили. Так это был его корабль? Как досадно!
При этом она сделала характерный жест — подняла и резко опустила руку, словно отбрасывая что-то. Это движение взволновало Отшельника еще сильнее, чем до этого ее голос. Была когда-то одна девочка, совсем еще ребенок, которая вот так же выражала досаду. Цель прилета незнакомцев, их отношения с Союзником — все это стало неважным, его внимание было сосредоточено только на ней.
— Скажите… — Он замялся — слишком давно он не обращался к женщинам и забыл, как это делается. — Скажите, пожалуйста, мисс, как вас зовут?
— Элен, — чуть помедлив, ответила она. — А что…
— Как странно, что вас тоже… — пробормотал он, — и этот голос…
— Мне тоже кажется, что… — сказала она и вдруг, сорвав респиратор, шагнула к нему и воскликнула: — Отец, это ты?!
— Отец, это ты?! — воскликнула Элен, вцепившись в комбинезон этого странного скособоченного существа, дышавшего пропитанным серой воздухом. — Не может быть! Это ты, ты!
— Да, это я, — говорил он, гладя ее волосы, жадно вглядываясь в лицо. — Но как ты изменилась! Я едва тебя узнал! Только голос и это движение…
— Я столько тебя искала, думала уже, что не найду, — говорила она. — Как ты здесь оказался? Что с тобой случилось?
— Да ничего особенного, — ответил он. — Просто я наконец нашел то, что хотел. Я нашел мир темной материи, научился в нем жить, изучать ее. И все это благодаря этому удивительному человеку — Союзнику. А ты, я вижу, тоже стала супи? Выглядишь ты просто замечательно, тебе идет.
— Рада, что тебе нравится, — криво усмехнувшись, сказала она. — Хотя у меня другое мнение.
— А это твои друзья? — спросил он.
— Да, познакомьтесь: это Чжан Ванли, это Питер, это доктор Трабл, — произнесла она, повернувшись к друзьям. — А это мой отец, Александр Солана.
— Это просто замечательно! — с энтузиазмом воскликнул обитатель погруженной во мрак планеты. — Раз вы прибыли для встречи с Союзником, стало быть, вы его друзья. Значит, мы с тобой сможем работать вместе. Тебе это будет легко — ты, я вижу, можешь обходиться без респиратора и обладаешь измененным зрением. Как видно, тебя приспособили для жизни на Утопии.
— Так называется эта планета?
— Да, я так ее назвал, — словно извиняясь, ответил он. — Я всему тут даю имена. Надо же как-то обозначить… Вон там, на юге, есть горная гряда, я назвал ее Пиренеи. А равнину, на которой находится моя лаборатория, — Кастилией.
— Что же ты не спросишь о маме? — сказала Элен. — О друзьях?
— Да, Долли — как она? Жива, здорова?
— Мама жива, хотя со здоровьем у нее стало плохо, — ответила девушка. — Она очень скучает по тебе.
— Да, понимаю, понимаю… — пробормотал Александр Солана, глядя в сторону. — Но вряд ли нам удастся увидеться… в ближайшее время. Может быть, позже…
В разговоре вдруг возникла пауза — словно трещина, внезапно открывшаяся на ледяном поле прямо под ногами путешественника. Ее решил заполнить Чжан Ванли, спросивший:
— А Союзник тоже здесь живет?
— Нет, его база не на Утопии, — охотно ответил Солана, обрадованный переменой темы разговора. — Здесь для него и его друзей слишком жарко. Они обосновались на Логосе — второй планете этой системы.
— И все-таки как ты оказался здесь? Расскажи, — попросила Элен.
— Это все благодаря Союзнику, — сказал Солана. — Мы познакомились на Гее-Второй. Я рассказал ему о своих поисках, как рассказывал многим до этого. И вдруг он заявил, что знает, как попасть в мир темной материи и может меня туда доставить. Я не мог поверить своим ушам! Разумеется, я попросил его взять меня с собой, обещая отдать все, что у меня было. Он отмахнулся от разговора о деньгах и предупредил, что обычный человек не может существовать в этом мире — необходима глубокая перестройка организма, нужно стать супи, причем супи, наделенным рядом специальных свойств.
Я не поверил, и тогда он взял меня на свой корабль, и мы прошли этот Коридор. Я был едва живой и согласился на глубокую переделку. Она заняла полгода, не меньше. После этого я стал таким, как сейчас, и мог работать в этом мире. Некоторое время я жил на его базе на Логосе, а потом попросил Союзника устроить мне лабораторию здесь, на Утопии. Дело в том, что, хотя на Логосе немного прохладнее, зато больше всякой живности, с которой приходится бороться. И потом Логос дальше от Коридора. А я сейчас как раз изучаю эффекты, возникающие при прохождении Коридора между обычной и темной Вселенными. Там совершенно новые взаимодействия, это потрясающе интересно! Здесь все это, так сказать, под рукой. После того как я перебрался сюда, он стал в шутку называть меня Отшельником.
— Ты говоришь об этом Союзнике с таким восторгом — прямо как о лучшем друге! — заметила Элен.
— Он и есть мой лучший друг, — заявил Солана. — Он помог мне осуществить мою мечту, помог здесь обосноваться, приспособил меня к здешним условиям… Возился со мной, как с малым ребенком, выполнял все мои просьбы, снабдил всем необходимым и продолжает снабжать… И потом, как можно не восхищаться человеком, задумавшим столь великий и дерзкий план? Полная переделка всего общественного устройства, отказ от архаичных и вздорных обычаев, наступление царства разума… Впрочем, что я вам рассказываю, — если вы его друзья, вы сами все это знаете.
— Да, он рассказывал мне о своих планах, — подтвердил Чжан. — Правда, главную цель называл другую: установление власти супи над всем миром.
— Ну да, супи, и прежде всего супи-ученые, должны получить больше влияния на общественные дела, — согласился Солана. — Это будет только в общих интересах.
— А в чем заключается твое участие в этом великом плане? — спросила Элен.
— О, я играю далеко не последнюю роль! — с гордостью произнес Отшельник. — Дело в том, что для реализации плана было необходимо временно изолировать какую-то часть Края от остальной Галактики, чтобы провести здесь необходимые реформы. Союзник никак не мог придумать, как это сделать. Между тем я в ходе своих исследований выяснил одно любопытное свойство темной материи: при интенсивном облучении она раскаляется и сплавляется с обычной. Я назвал это явление „световой сваркой“ и создал установку для такой сварки. Если включить эту установку в Коридоре, он будет закупорен намертво.
— Понятно, почему так происходит, — заявил молчавший до той поры Трабл. — Ваше облучение выполняет роль открытого шлюза, выпускающего накопленную темной материей энергию. Гораздо интереснее обратный процесс. Скажите, коллега, как вы расшиваете этот ваш „световой шов“?