И приходится умываться, смотреть на ненавистные щёки, идти к своему столику и расплачиваться. Теперь это место преступления. Место убийства красивой, худой девушки мерзким чудовищем.
Она больше никогда не зайдёт в это кафе. Никогда на него не посмотрит. Оно больше не существует для Кати.
Потому что легче забыть, просто закрыть глаза и ждать, когда же жизнь наладится и проблемы рассосутся сами собой.
Ночью ей снятся кошмары. Живот болит. Жар сменяется холодом.
- Ты в порядке? – Звучит шипящий голос в трубке. Такой знакомый. Спросонья Катя теряется. Внезапный звонок её разбудил.
- Нет, - наконец-то признаётся девушка и вот тут-то слёзы вырываются наружу.
К ней приезжает подруга, такая далёкая и близкая одновременно. Почему времена их ежедневного общения ушли на задворки? Где именно прошла грань, когда разговоры стали в тягость?
Настя всегда имела крутые бёдра, милые щёчки и широкие плечи. Она твёрдо стояла на земле и вдавливала каждый шаг, как бы говоря: «Я ходила по этой земле».
- Я хочу помочь.
Катя не верила. Она больше не могла доверять миру. Он её предал, превратил в монстра. Но и сопротивляться сил не было.
Настя выстроила расписание приёмов пищи и нагрузок, нашла научную литературу и изучила её.
- Тебе нужен психолог.
- Нет! - И очередной стол полетел в стену.
В последнее время девушка совершенно перестала понимать что либо. Её эмоции не поддавались контролю, вспышки гнева взрывали мозг, кричали изнутри: «Уничтожь! Раздроби коленные суставы, кинь кружки в стену, скинь всё с полок, вырви каждую страницу из каждой книги!»
И иногда она срывалась. Слабая, беспомощная, сидела в бардаке, заливаясь слезами, жалея себя. И Настя, видя, что подруга успокоилась, приходила ей на помощь и обнимала, целовала в макушку, говорила, какая та красивая и что они со всем справятся, нужно лишь немного потерпеть. И голос, обычно такой сильный и устойчивый, давал слабину, шёл волнами. И вот они уже обе плакали, подвывая в общий тон.
Сначала срывы были очень частыми. Кате пришлось уйти с работы, чтобы Настя могла её контролировать. Еда по расписанию. Психологические тренировки перед зеркалом. Зубодробильное поднятие самооценки. Тысяча и одна уловка, чтобы мозг перестал изменять изображение в зеркале.
Одним вечером Насте пришлось срочно уехать. В конце концов, у неё была своя жизнь, муж и прекрасный ребёнок.
Катя сидела в своей пустой квартире, пока не поняла, что задыхается. Она ощущала скуку и самое простое, что можно было сделать в таком варианте – заесть её.
Но в груди теплилось то самое объятие, шершавый голос в трубке и горящие от слёз щёки. Она просто не могла предать подругу и себя.
И тогда девушка встала, быстро оделась и вышла на улицу. Ветер приятно целовал осушенное лицо. Она шла по улочкам, наблюдала за прохожими, следила за дыханием.
Проголодавшись, купила несколько булочек, нашла какую-то скамейку.
«Ведь я так долго держалась».
Зубы привычно впились в мягкое тесто. Вкусно и сладко. Но на середине её что-то дёрнуло. Катя высунула кусок булки изо рта и посмотрела на тёмное небо с серо-сиреневыми облаками. Она сделала глубокий вдох и стиснула зубы.
Медленно кинула булки на землю и пару раз прихлопнула их ногой, чтобы точно не было соблазна. А после выкинула. Так легко и просто.
Настя приезжала ещё на два дня, а после уехала к семье. На прощание Катя расплакалась от безграничной благодарности к этой великолепной девушке. Она пыталась выдавить из себя нормальные слова, предлагала деньги, но потом в какой-то момент просто начала лепетать что-то неразборчивое и рыдать.
Через пару дней девушка собралась на собеседование. Солнце заливало асфальт и всячески заигрывало с людьми. Катя шла и улыбалась, впервые за очень долгое время. Людей было много. Красивая женщина в алом пальто, воркующая парочка, уютный старик с тростью, вредная бабулька. И все шли куда-то, размышляя о чём-то своём.
Конец