– Да нет же! – закричал Виктор. – Я настоящий. И угроза тоже настоящая!
Он даже приподнялся со стула, на который уселся в то время как Стефан рассказывал свою историю. Их друг от друга отделял всего метр. И Виктор подумал было дотронуться до Стефана, потормошить его за плечо, чтобы тот опомнился, но передумал и лишь неудобно остановился на полпути с зависшей в воздухе рукой.
– Успокойся, даже если это и галлюцинации, я воспринимаю их всерьез, я не могу остаться безучастным в судьбе персонажей, созданных моим мозгом.
– Спасибо, мне полегчало, – Виктор уселся обратно. – Так что же будем делать?
– Будем? Нет-нет-нет, я-то точно ничего делать не буду, у меня ничего и не выйдет.
– Почему? Вы же ученый, кому как не вам должны поверить?
– Поверить могут тебе, ведь ты видел и заснял пришельца.
– Но у меня уже не осталось того видео.
– Зато оно хранится в главном исследовательском центре.
– Откуда вы знаете?
– Как откуда? – поддельно удивился Стефан, сарказм струился вместе с выдыхаемым сигаретным дымом, но после он все-таки пояснил. – Я же работал в подобном центре, там такого можно повидать, что волосы становятся дыбом. А обыватели ни сном, ни духом. И обидно за людей бывало, но с другой стороны я прекрасно понимал, что большинство из представителей человечества не готовы ни умственно, ни морально, ни физически даже к тому, что было доступно нам.
– Так что же мне делать?
– Я дам тебе контакты одного моего старого, очень старого, знакомого, нынче работающего в том самом исследовательском центре – он имеет отношение в том числе и к космическому строительству, в свое время запускал космонавтов в космос. Так вот, тебе нужно будет связаться с ним. Как ты это сделаешь – это лишь твое дело и на твоей совести. Здесь я ничем не помогу. Сможешь встретиться с ним на базе и убедить, что видео подлинное, если он еще сам не убедился в этом и не предпринял что-либо. В любом случае, если у тебя получится убедить его, то, и он, думаю, сможет убедить руководство в ложности выбранного пути. Не сможешь… – тут Стефан задумался, – … ну так и не сможешь, не велика потеря.
Виктор чуть вздрогнул от слов ученого. Неужели ему было настолько наплевать на судьбу нескольких миллиардов человек? Неужели Стефан настолько не верил в силы Виктора? А может действительно все человечество обречено на вымирание – такова расплата за грехи? Может, это и есть последний Суд?
Будто прочитав мысли Виктора, Стефан пробубнил:
– Сами нагадили, вот и разгребаем за собой.
Виктор пробыл у Стефана еще несколько часов – они о многом разговаривали. Виктор чувствовал себя все менее уверенно, он понимал, что по сравнению со Стефаном он необразованный обыватель, интересующийся до вчерашних событий лишь бытом, собой, деньгами, развлечениями и любовной сферой, причем испытывая в каждой из перечисленных областей определенные проблемы. Он был никем, все его достижения были ничтожно малы. Ни в духовном, ни в моральном, ни в творческом, ни даже в физическом планах он ничего собой представлял. Вся его деятельность заключалась в посредственной разработке ландшафтного дизайна на заказ и работе в саду. Работать в саду ему нравилось больше всего, но теперь на месте сада зияла яма, а дизайнерская работа не представлялась возможной, да и нужной. Вся прошлая жизнь отошла на второй план. Все происходящее сейчас казалось неправдоподобным, он вот-вот должен был проснуться, но не просыпался. Это просто дурной сон, – повторял он себе. Ведь такого и вправду не может быть!
Но все было на самом деле.
Стефан дал Виктору точные координаты исследовательской лаборатории и все имеющиеся у него данные о его друге. Конечно, пояснив, что давно с тем не общался и не знает, жив ли он вообще.
И Виктор в смешанных чувствах – в воодушевлении и нарастающей тревоге – отправился по адресу, который ему дал Стефан.
Чем дальше он удалялся от столицы, чем больше он погружался в трясину периферии, тем ухабистее, непроходимее, страшнее становилась дорога. Как вся моя жизнь, – пробубнил Виктор, объезжая овраг на размытой дороге. Он глянул в этот овраг, поежился – вода унесла с собой не только землю, но и деревья и, кажется, кого-то, кто раньше был живым и веселым. Хотя, какое веселье у животных, когда их жизнь может оборваться в любую минуту? Да и какая это жизнь? Да и для чего?
И вот он уперся в стену леса – дальше ехать было невозможно. Виктор почесал затылок – не то, чтобы он не был готов к этому, просто…