— Спасибо, милая. Ты хорошая девочка. Багряная Звезда задрала головку и поглядела на сверкающие солнечные лучи:
— Бабушка… Выходит, Сон Бегущего-в-Свете был всамделишный?
— Конечно. Разве я не говорила тебе, что он вернется?
— И медведи нас не сожрут? Все будет хорошо? Обрубленная Ветвь взяла кусок ароматного мяса и вновь посмотрела на Цаплю. Вещунья подняла руку, призывая всех к вниманию, и заговорила. Слов ее было не разобрать — вместе с завыванием Ветряной Женщины они сливались в единый ровный и могучий гул.
— Мы спасены, деточка, — сказала Обрубленная Ветвь. Слезы замерзли на ее седых космах, превратившись в ледяные кристаллики. Она отерла их изнанкой рукава. — Наши души в руках великой Сновидицы. Более могущественных Вещих Вождей не было у нашего Народа с тех пор, как Отец Солнце сам ходил по земле. — Она похлопала Багряную Звезду по впалой щечке:
— Не бойся, деточка. Мы спасены.
17
Ночная тьма опять опустилась на землю. Народ отдыхал и отъедался. К нему опять вернулась надежда. Когда буря окончательно затихла, Цапля повела их по свежему снегу к себе домой. Черный бежал впереди, обнюхивая тропу. Нос его был весь в снегу.
На рассвете Зеленая Вода с вершины холма разглядывала владение Цапли. И впрямь оно было достойно Удивления. На мгновение вой Ветряной Женщины затих, словно чтобы дать ей разглядеть маленькую долину. Струя белой воды била из расселины, стекая в голубую заводь. Вода, окутанная густым туманом, уходила вдаль сколько глаз видел. Стволы ив глубоко увязали в снегу. Рядом виднелись проталины, поросшие зеленой травой.
— И давно ты здесь живешь? — робко спросила она у Вещуньи.
— Уж и не вспомнить, как долго, — ответила Цапля, шедшая впереди отряда. — Похоже на то, что земля здесь раскололась и эти горячие воды вышли на поверхность. Пару лет назад… погодите-ка… Да нет, дет уже двадцать прошло… Здесь было землетрясение. Я до смерти напугалась. И вот тогда-то эти горячие источники вышли на поверхность. В конце концов вода сильно поднялась. Будто что-то там, внутри земли, прорвало. Я одного боюсь: что случится, коли земля расколется снова? А пока что запомните: не подходите к этим гейзерам близко, не то сваритесь заживо. Я в них мясо готовлю, такие они горячие.
Зеленая Вода покачала головой. Она слышала такие истории. Покойный Гейзер рассказывал что-то в этом роде. Может, это здесь и было? Неторопливым шагом, стараясь держать свою тревогу при себе, Зеленая Вода стала вслед за другими спускаться к дымящимся водам. Она смутно помнила легенды, которые рассказывали некогда у костров: о том, как Цапля ушла от Народа и как спуталась она с Духами Долгой Тьмы. Невольные сомнения стали проникать в душу Зеленой Воды. Она оглянулась через плечо на белую пустыню. Нет, что бы ни грозило впереди, хуже, чем там, не будет.
Когда они подошли к берегу дымящейся заводи, Цапля исчезла в щели скалы и вернулась с несколькими шкурами карибу.
— Вот, — сказала она — у меня есть еще и другие… Стройте себе чумы, а я пока заварю вам отвар из мха и приготовлю мясо на обед.
По рядам людей прошел шепоток облегчения. Все — как бы кто ни ослабел дорогой — на скорую руку стали строить себе жилища. Когда несколько часов спустя Цапля вернулась, чумы были готовы. Колдунья одобрительно поглядела на них.
— Ну а теперь садитесь, — сказала старуха. — Нам есть о чем потолковать.
Люди расселись на берегу заводи в зарослях мягкого мха. Старая колдунья развела костер перед входом в свою пещеру. Пламя взметнулось ввысь, отбрасывая длинные тени на серые камни, янтарем отливая на фоне зеленоватой воды. Она раздала людям куски мяса и предложила им кожаные мешочки с ароматным отваром из мха.
Когда все насытились, Вещунья объявила:
— Пару недель я смогу вас прокормить. На это время у меня хватит припасов на всех. А уж потом… Поющий Волк кивнул, наполнив рог горячим густым отваром:
— А дичи здесь много? Цапля пожала плечами:
— Достаточно. Зимой по реке спускаются небольшие стада карибу. При сильном ветре они хорошо видны. Они здесь роются в ивняках, ищут мох и траву. Травы здесь почему-то каждый год все больше. Многое изменилось с тех пор, как… ну как бы сказать… Да уж ладно, все равно… С тех пор, как Обрубленная Ветвь была молода настолько, что сумела увести моего мужика.
Обрубленная Ветвь чуть не поперхнулась при этих словах.
— Как только начнем охотиться, — сказал, откашлявшись, Издающий Клич, — мы устроим здесь облаву:
Зеленая Вода и Заря станут справа и слева, вдоль всей линии, а между камнями поставим детей, чтобы звери двигались без остановки. Я, Поющий Волк, Прыгающий Заяц — мы, трое мужчин, пойдем вниз по реке…
— Четверо, — поправила его Цапля, указав на Бегущего-в-Свете. Сам он сидел тихо, опустив голову.
Люди тем временем вполголоса переговаривались между собой. Набив животы, они вновь стали сомневаться и звать Бегущего-в-Свете ложным Сновидцем.
Цапля подняла бровь и бросила им:
— Вы дурни. Он видит столько, что вы и понять не в силах.
Все смущенно затихли.
— Бабушка, — отозвался Бегущий-в-Свете, — не беспокойся. Я…
— Помолчи, мальчик мой. Мы с тобой еще не все сделали. — Она повернулась и в упор взглянула на него, невзирая на его смущение. — Сам еще не знаешь, кто ты? Согласись с ними — и никогда не узнаешь!
— Волчий Сон, — прошептала Обрубленная Ветвь, и глаза ее снова вспыхнули.
Цапля повернулась к ней, закинув голову:
— Ты видела это?
— Это у него в глазах.
Цапля кивнула:
— Столько изменилось с тех пор, как я ушла… Неужто у вас совсем не было Сновидцев?
Обрубленная Ветвь горько взмахнула рукой:
— Когда-то были Сны у Кричащего Петухом. Я сама видела, как он убил в себе это. Потерявший силу Сновидец — это все равно как гнилое мясо. Эти-то, молодые, они ж в жизни своей настоящего Сновидца не видали! Ты должна вернуться, Цапля. Ты нужна Народу. Нет сердца. Нет огня. Мы сбились с прежних путей, с истинных путей. Былая слава рассеялась, как дым от дуновения Ветряной Женщины.
Цапля обернулась и указала на Бегущего-в-Свете:
— Он — ваше Будущее.
Волчий Сновидец молча покачал головой. Бледный, как смерть, он встал и ушел прочь, растаяв в ночном сумраке.
Помолчав, Обрубленная Ветвь покачала головой:
— Не знаю… Дух покинул его. — Она вздохнула. — В глазах его больше нет Сна.
— Ты ошибаешься, — хмыкнула Цапля. — Как всегда.
— Он слишком молод, — подал голос Поющий Волк. — Даже брат его, Вороний Ловчий, говорит — он легко поддается заблуждениям.
— Вороний Ловчий? — взвилась Цапля, ее палец уткнулся в Поющего Волка, как копье. — Вы слушаете его? — Глаза ее гневно сузились. — Что с вами случилось? Неужто этот мерзкий Кричащий Петухом разрушил все ваши Сны? Да будьте вы прокляты! Без вещих Снов нет жизни!
Поющий Волк, не выдержав этого напора, только смущенно бормотал:
— Бегущий-в-Свете со своими Снами чуть не уморил нас до смерти.
— Дурни. — Цапля покачала головой. — Вы что думаете, вы только для того родились на свет, чтобы жрать и рожать детей, которые тоже будут только жрать, и так во веки вечные? Будьте вы прокляты! Если Народ не ищет нового, он обречен. Вам нужны Сны, чтобы выжить!
— Да, — воскликнула Обрубленная Ветвь, хлопнув в ладоши. — Видите, — указала она на Цаплю, — вот это Сила! Вот это Сновидица! Слышали, как она говорит? Видели Силу? Ха-ха! Волк привел нас сюда! Волчий Сон!
— А что же с этим мальчиком, Волчьим Сновидцем? — спросила Цапля, скрестив руки и поглядев на Поющего Волка. Тот, пристыженный, опустил глаза.
— Он чувствует себя виноватым, — взмахнула рукой Обрубленная Ветвь. — Мы потеряли в пути одну малышку. Но все остальные живы…
Цапля провела пальцем по подбородку.
— Это что, Кричащий Петухом внушил вам, что новый Сон — это так, пустячок?
Никто не ответил, но их смущенные лица говорили сами за себя.