Обладатель сети «Кушать подано» от души засмеялся. Потом задумался. С сожалением произнес:
— Так у меня же сеть закусочных, и богатых клиентов не бывает.
— А вы создайте сеть ресторанов «Ростхьюман».
— Это что значит?
— «Жареная человечинка».
— Ох...
— Или, если замаскированно, «Гуманная пища». Ладно, я вам идею подал. Если воспользуетесь, будете платить мне один процент с доходов. Думайте. А пока, коль уж у вас нету человечинки, закусим тем, что есть, и без того закуска шикарная. Давайте выпьем за развитие добрососедских отношений.
— Охотно! Я, знаете ли... И жена... Мы оба все время горюем: живем рядом с такими людьми, а в гости друг к другу не ходим. За развитие!
Они выпили, закусили, и Назар поинтересовался:
— А вы сейчас не здесь живете?
— Мы здесь только с апреля по ноябрь. Жена, знаете ли, не выносит эту мерзкую российскую зиму, уезжает вместе с детьми в Испанию, в Альмерию. Живу в это время года один. Даже прислугу отпускаю, только уборщица раз в три дня приходит. Только что ушла, как раз перед вашим приходом. Питаюсь в ресторанах. Холостяцкая жизнь тоже имеет свои прелести, знаете ли. Но на Новый год к семье махну в Альмерию. На месячишко. Так что завтра только один могу прийти. Хотя если вы дадите два...
— Пожалуйста. — И Назар выложил перед Фастфудом два конверта с приглашениями. — Буду рад вас видеть, если и не с супругой, так еще с кем-нибудь.
— Моя компаньонша, знаете ли... — замялся Фастфуд. — Не помешает ее лишний разок подмазать. Огромное спасибо! Я буквально восторженный почитатель вашего таланта. Потрясен всеми вашими программами. А теперь про Сталина, так неожиданно. За вас!
И они еще раз выпили, закусили, после чего Назар решительно встал:
— Как-нибудь в ближайшее время непременно посидим вместе целый вечерок. Шашлычок замутим. Уборщица русская?
— Узбечка.
— Отличное барбекю!
— Господи помилуй, — отозвался Фастфуд, тоже вставая. — Вообще-то идея ресторанов «Гуманная пища» это жесть! Непременно замутим. Спасибо вам за приглашение! «Колоссео» это колоссально! Я там ни разу не был, стыдно признаться, если честно.
— А наш сосед-банкир?..
— Кажется, его сегодня нет, но Барбик дома.
— А почему она Барбик?
— Варвара потому что. Варей или Варюхой звать, знаете ли...
— По-моему, у них нет детей?
— Да они и не расписаны. И мне даже кажется, у него где-то жена и он с ней все никак не разведется.
— А Барбику на вид не больше семнадцати.
— Шестнадцать, — шепотом донес Фастфуд на соседа-банкира.
— Пойду им тоже приглашения выдам.
Тугрик
— Здравствуйте, Барбик! Если, конечно, я могу вас тоже так называть.
— О, здравствуйте! Надо же, к нам господин Белецкий собственной персоной пожаловал! Проходите, проходите! Серого нет, он завтра приедет, но вы не стесняйтесь, проходите. Я вас кофем угощу.
О владельце банка «Тугрики» Назар тоже достаточно узнал. Бывший криминальный авторитет по кличке Тугрик пять раз едва не погиб в девяностых годах, с того света возвращали. Занимался в основном наркотой. Теперь дурил своих клиентов, в основном пожилых людей, бравших в «Тугриках» небольшие кредиты и не разбиравшихся в том, что там мелкими буковками написано в многостраничных договорах. Наивные пенсы быстро попадали в его паутину, теряли недвижимость, в итоге оказывались в домах для престарелых, которые в наши времена стали называть зловещим словом «хоспис», или просто на улице. В лучшем случае находились добрые родственники, но это редко.
Здесь, в Габаеве, шестидесятилетний Тугрик поселил шестнадцатилетнюю любовницу и время от времени навещал ее. Обстановочка в доме красноречиво свидетельствовала, что два голубка свили тайное гнездышко.
— Я, собственно, не в гости, я принес вам приглашение, но от кофе бы не отказался.
— При-гла-ше-ние?! Е-е-е... Вот это да!
— «О, йес, би чилл», как пел когда-то Геша Козлодоев.
— А это кто?
— Не засоряйте свой хрупкий мозг.
Одетая во фривольный халатик, Барбик мгновенно принялась источать феромоны и строить глазки самым банальным образом.
— Садитесь, садитесь. Вот на тот диван, я называю его вулкан соблазнов, сама выбирала и покупала. Сейчас приготовлю вам лучший капучино в мире. И не спорьте, только капучино, я его так готовлю, что прямо мама мия!