Он заколебался, чего с ним не было давно, а как надел на себя доспехи из панцирных животных и вооружился костяным мечом.
Ну выскочит, ну свалит пару-тройку людоедов и дальше что? Пускай его поддержат от безысходности иные пять практикантропов — в лучшем случае при внезапном нападении разгонят два десятка дикарей, вырезав из них половину, но когда те поймут: сколько чужаков противостоит аборигенам, возьмут в плотное кольцо окружения и разорвут.
Действовать надлежало скрытно и из засады, полагаясь на луки и мастерство стрелков, о коем лучше умолчать. Практикантропы были ни живы, ни мертвы. Все бледные лицом, точно призраки.
Опасность вроде бы миновала их, но Варвар, и заявил: если не примкнут к нему и побегут, лично окликнет людоедов на их погибель.
— Или вы со мной или против меня!
Нет, его подельники, конечно могли заняться им с аналогичным успехом, но потери также будут неизбежны. И уцелевшие вряд ли сумеют выжить в диком крае среди людоедов.
Всё-таки шанс пощипать их и проникнуть в лагерь потайным лазом через склеп был. Про него и напомнил Ишак. Не дурак — и Мак.
— Лучше там, на бревенчатом заборе займём круговую оборону и…
Шлюп пришлось бросить на полпути к водной стихии. Если выживут, всегда успеют вернуться сюда, поскольку поживиться хищникам после практикантропов было нечем — скелет не пожрать, даже погрызть, а и шкуру прогрызть не удастся. Тут надо не клыки, а бивни.
Дикари шли быстро, поэтому практикантропам пришлось бежать, а ещё и оббегать их стороной, мчась по направлению лагеря с потайным входом. Важно было также не привести за собой хвост, иначе…
Хотя с другой стороны было бы удачей заманить дикарей в капище-курган и там перебить, расстреливая сверху в отверстие стрелами. А и камнями можно завалить — пролом — одним валуном.
Впереди уже виднелись очертания кустов, скрывающих лаз, когда в них удалось разглядеть дикаря.
— Людоед… — закричал Варвар, не расставаясь ни на мгновенье с костяным мечом. Укрылся от выстрела лазутчика из лука — щитом — и сам сразил его плавником, распоров на груди шкуру и кожу с мышцами.
В лицо практикантропа ударила кровь. Дикарь захрипел, не сумев крикнуть и предупредить сородичей об опасности. У него оказались пробиты лёгкие. Очередным сгустком багровой пены и одарил убийцу.
— Вот так надо поступать с людоедами! — добил Варвар на глазах у пятёрки замешкавшихся практикантропов дикаря. — И такими жмуриками лично меня устраивают больше! Шевелитесь, если не хотите сами стать таким как он!
Ясюлюнец прикрыл отход группы в грот, дав возможность соратникам вскарабкаться наверх, отступил не раньше, чем появились подле него орущей толпой около дюжины иных головорезов-людоедов. И неслись на него кто с кольями, кто с дубинками, а кто и с луками, натягивая на ходу тетиву — выпустили стрелы.
Метательные снаряды ушли в пустоту, Варвар и не думал подставляться под них, кинулся в логово, а дикари за ним и… он встретил одного там, заваливая его телом узкий и тесный лаз. Бежал.
Пока дикари догадались вытащить оттуда своего сородича, время было упущено ими. О погоне следовало забыть. Хотя они ещё надеялись: пространство пещеры замкнуто, и деваться чужаку некуда — забьют, а затем пожрут — и прямо там, где застукают.
Ошибка в их случае очевидна. Не поздоровилось уже третьему по счёту дикарю. Ему на голову рухнул сталактит, а точнее камень, сброшенный из пролома рукой Варвара. И тут же его там сменили иные практикантропы, стреляя из луков в толпу ревущих дико людоедов.
Недолго было преимущество на стороне засевших в лагере практикантропов за толстыми стенами. Кто-то из дикарей в гроте также сумел выстрелить из лука и…
— Ой… — осунулся Ишак. — Чёй-то мне нехорошо-о-о…
У него из лёгких выбило воздух. Ещё бы — в груди оказалась стрела. И, похоже, пробила ему лёгкое. Закатив глаза, он осунулся на руки подставленные иными практикантропами.
— Сволочи… — разошёлся Борец и выстрелил ещё несколько раз, сумев увернуться от летящих из пролома стрел в ответ.
— Ложись… — прыгнул Варвар на Змея, цепляя попутно Маковца.
Микола чуть промедлил. Но его спасло ведро. От него и рикошетила стрела людоеда.
— Кто-то звал? И куда? — завертелся он на одном месте вокруг себя. И довертелся. Иная стрела угодила уже точно в мягкую ткань, из-за чего он осунулся как Саковец, но сесть на заднюю точку опоры не сумел. Снаряд людоеда угодил ему прямой наводкой туда.
Два выбывших практикантропа на три-четыре дикаря — слишком несоизмеримые потери. У чужаков всего полсотни морд — и ещё не факт, что наберётся в качестве воинов, а дикарей вдвое больше и все мужики — да что там — отъявленные головорезы.