20 февраля два бретонских посла, Оде д'Эди, главный советник герцога, и канцлер Бретани, прибыли в Пуатье, чтобы объявить, что у Франциска II нет иного желания, кроме как склониться перед волей своего сюзерена. Он пожелал добровольно подчиниться сам и с этой целью попросил прислать маршала д'Арманьяка и адмирала для его сопровождения к королю. Король осыпал Оде д'Эди комплиментами и попытался убедить блестящего советника герцога Бретонского поступить к нему на службу, а хитрый посол, со всем своим обаянием, давал собеседнику возможность надеяться на это, стараясь не брать на себя никаких конкретных обязательств. В субботу 3 марта Оде д'Эди и канцлер Бретани покинули Пуатье очень тепло попрощавшись с королем. На следующее утро маршал и адмирал отправились на поиски Франциска II. В тот же день сам Людовик уехал в паломничество в Нотр-Дам-дю-Пон, недалеко от Сен-Жюльена, в Лимузене. Герцог Беррийский не сопровождал брата, а предпочел остаться поохотиться. Однако через некоторое время после того, как Людовик покинул Пуатье, его брат сделал то же самое и уехал в неизвестном направлении с некоторыми из своих приближенных.
На рассвете 5 марта король получил поразительные новости из Пуатье: под предлогом выезда на охоту герцог Беррийский скрылся в неизвестном направлении.
Людовик сразу догадался, куда двинулся его брат и что означает его отъезд: принцы решили восстать против своего государя.
В спешке король вернулся в Пуатье.
13. Лига общественного блага
Хотя Людовик XI отправился в свое паломничество с менее чем сорока спутниками, к моменту въезда в Пуатье он имел уже около 1.000 человек. Через день или два он собрал вокруг себя графа дю Мэн, двух маршалов Франции, Пьера де Брезе, своих старых советников Жана Бурре и Жоржа Гавара, своего усердного казначея Этьена Шевалье, своего коммерческого и финансового эксперта Этьена де Варье и других капитанов и доверенных людей. В крепости Туар, расположенной всего в нескольких милях к северу, находилась королевская казна, в которой, по словам приближенных к государю, хранилось более 2.000.000 экю.
Вскоре Людовик узнал обстоятельства побега своего брата. Выехав из Пуатье в субботу 3 марта, Оде д'Эди и канцлер Бретани остановились в четырех лье от города. На следующее утро, сразу после отъезда короля, герцог Беррийский присоединился к ним со своими "охотничьими спутниками", чтобы отправиться в Нант, где его ждал герцог Бретонский. Людовик также узнал, если он еще этого не знал, что граф де Дюнуа отплыл вниз по Луаре со своим самым ценным имуществом, чтобы взять на себя духовное руководство бретонским восстанием. Эта "ужасная новость" быстро распространилась по всему королевству. У всех были болезненные и яркие воспоминания о том печальном времени, когда борьба между арманьяками и бургиньоами позволила англичанам вторгнуться во Францию. Агент Медичи в Лионе "Франнекен" Нори писал:
Дай Бог, чтобы он [король] смог быстро исправить ситуацию. Ибо если это затянется, королевство снова станет лесом с разбойниками, каким оно когда-то было.
Французский король поспешил превратить свой дом в военный штаб. Он поинтересовался точными масштабами восстания, собрал армию и предпринял необходимые шаги, чтобы привлечь все королевство на свою сторону. В марте семь королевских посланников призвали "добрые города проявлять строжайшую бдительность и отклонять любые предложения мятежных сеньоров, которые подговорили наивного младшего брата короля", со своей стороны Людовик XI обязался немедленно положить конец "этому нечестивому предприятию…". 8 марта король назначил Шарля де Мелёна генерал-лейтенантом Парижа, а через четыре дня тот вместе с Жаном Балю, энергичным молодым прелатом, зачитал приказ государя жителям Парижа охранять ворота и стены, остерегаться любого предательства и быть готовыми к бою. Кроме того, Людовик обращался с различными призывами к некоторым из своих принцев. Всемогущему герцогу Бургундскому он писал:
Молю вас, дядя, чтобы Вы не позволили шурину графа де Шароле [герцогу Бурбонскому] или другим людям предпринять против меня что-либо еще, и чтобы Вы были таким, каким были всегда… и чтобы я на Вас уповал.